Когда Настя очнулась в очередной раз и увидела, что за окнами машины несутся уже крымские пейзажи, она поняла, куда они едут. К Боре. К самому надежному их другу, про которого Андрей говорил, что это его главная крепость, главное и самое надежное убежище, случись у него какие-то неприятности. Вот они и случились, и не только у него.
Настя и познакомилась с Андреем-то по-настоящему в этой крепости, спрятанной от любопытных глаз в горном ущелье в районе Нового Света… Он ее вытащил из дома буквально в чем была, загрузил в самолет и притащил сюда, в этот действительно сказочный уголок, где не было ни бандитов, ни банкиров, ни ментов, ни спекулянтов, ни нищих, ни советской власти и ни рыночных жуликов, не было никого и ничего, кроме скал, солнца, моря, роскошного дома и добродушного хозяина – Бори, в прошлом моряка, в настоящем – ближайшего доверенного лица Андрея, отвечающего ему чистой и преданной дружбой, не замешанной ни на какой личной выгоде. Конечно, они проделывали совместные операции и суммы между ними крутились весьма значительные, но Настя знала, что, не будь этих денег, окажись Андрей в один прекрасный день нищим или с Борей что случись, они останутся друзьями и всегда будут делиться друг с другом последним куском и поддерживать друг друга улыбкой или шуткой. Такая вот настоящая мужская дружба у них была. Как в приключенческих старинных романах. Жюль Верн, одним словом, Майн Рид…
Настя не знала, о чем они говорили втроем – Боря, Олег и Егор, когда она лежала в своей спальне – той самой, из которой они с Андреем в их первый сюда приезд не выходили сутками, – пока гуляла вокруг замка, вросшего в скалу и казавшегося ее естественным продолжением, пока спускалась к морю и сидела часами на берегу, отмечая, как с каждым днем увеличивается бахрома медуз у кромки берега, – холодало, и медузы подтягивались на мелководье, туда, где было хоть чуточку теплее.
Когда она очнулась наконец от спячки, оказалось, что прошло больше месяца с тех пор, как они сюда приехали. Вышла вечером в столовую и поймала на себе внимательные взгляды всех троих.
– О, наконец-то! Вижу осмысленный взгляд! – сказал Боря. – Садись, Настя, покушай. Пришла в себя, я вижу?
– Да вроде бы. – Настя улыбнулась.
– Вот и отлично. Садись тогда, будем думать.
– О чем?
– Ну, ты даешь, – хмыкнул Егор. – О чем… О жизни нашей бренной. И о дружке нашем общем.
– Андрей… Что с ним?
– Что-что, – буркнул Грабко. – Сидит в «Крестах»… А всех наших… – Он покосился на Егора. – Ваших то есть, всех, как бы это сказать… обезвредили.
– Кто? – строго спросила Настя.
– Кто-то, – протянул Егор. – Михалыч покойный. Из могилы, сука, гадости нам делает. Вот упырюга…
– В город мне надо, – сказала Настя.
– Хм, «Мне, видите ли, надо». – Боря иронически покачал головой. – И что ты там делать будешь? «Кресты» взрывать?
– Может, и взрывать, – серьезно ответила Настя. – А что толку здесь сидеть? Вы что-нибудь за это время сделали?
Трое взрослых мужчин, за плечами у которых были дела самого разного рода – были и убийства, и разборки с бандитами, с правоохранительными органами, были кровь и смерть, – смотрели на эту девочку, которой восемнадцать только-только стукнуло, и понимали, что в их компании, как это ни дико выглядит, главный человек – она, Настя Волкова.
Конструктивных предложений никто из них за весь этот месяц не выдвинул, признаться в этом было сейчас не то чтобы стыдно, а как-то… нехорошо, что ли… Действительно, сидят три здоровенных лба, пьют, жрут, а дело не делается. А что думать-то? Боря и Егор считали, что самое лучшее, что можно сейчас предпринять, – это отсидеться, отлежаться на дне, выждать, когда все в Питере успокоится и установится некая диспозиция. Тогда хоть можно будет понять, кто какие места занимает.
– Там сейчас полная неразбериха, Настя, – начал Грабко. – Полный хаос. Непонятно, на кого давить, с кем разбираться, понимаешь? Нет зацепок. Как смерч налетел, развалил Андрюхину команду и исчез. Кто, что – никак не выяснить…
– Вот и отлично, – кивнула Настя. – Хаос – самое милое дело. Мы же сейчас играем по их плану. Свалили, затаились – а что еще мы могли сделать, а? Так они и думают. А мы, как идиоты, и делаем то, что нам навязали. Нам надо их опередить. Возникнуть там неожиданно и нанести удар. Первыми. Понятно?
– Понятно-то оно понятно, – заметил Егор. – И насчет ударов все красиво. Очень красиво. Только вот какими силами, кто этот удар будет наносить, а главное – по кому? Ты знаешь?
– Это-то как раз не проблема, – улыбнулась Настя. – Сами проявятся. Только свистни!
– И как же ты собираешься «свистнуть»? – спросил Боря.
– Боря… – Настя внимательно посмотрела на хозяина дома. – Ты как, с нами?
– Слушай, ты, е-мое, ты за кого меня держишь-то, девочка?.. Не была бы ты Андрюхиной невестой, я бы тебя по заднице за такие вопросы отшлепал…
– Вот и класс! Сейчас и свистнем, тогда узнаем, насколько у них серьезные возможности.
Она достала из карманов джинсов маленький радиотелефон, которым не пользовалась с тех пор, как покинула город.
