— Я ненавижу тебя, ты продал мою девочку, — заплакала Дороти. — Чтобы ты сдох, старый таракан.
Вики подошла к нянюшке обняла ее и так они стояли молча, не в силах сдвинуться с места от навалившихся на них проблем. Ее утешало только то, что герцог согласился взять Дороти в услужение к Вики.
— Если ты привыкла к ней и она полностью тебя удовлетворяет, то пусть остается. Я сниму одну проблему поиска для тебя горничных.
Семейная жизнь с красавцем мужчиной показалась девушке настоящим адом, совершенно не похожая на ту, что была у ее родителей. Примерно через неделю он потребовал исполнения супружеского долга. Ей было страшно, стыдно и больно, поэтому ту ночь она вспоминала, как самое кошмарное, что с ней произошло. После этого он больше не был с ней, как с женщиной и Вики была только рада этому. Муж постоянно где-то пропадал. Из разговоров прислуги она узнала, что у него есть женщина, любовница Флоренс, которой он купил большой дом и все время пропадает у нее. Было обидно, но в то же время радовало, что он больше не приходит к ней в спальню и не творит эти неприятные вещи. Еще одну ночь стыда и боли она бы не вынесла.
В те редкие дни, когда герцог был дома, он сидел в своем кабинете, вечером они встречались в столовой за ужином, молча ели и расходились по своим комнатам, находящимся в разных концах дома.
За несколько дней до памятного дня, герцог сказал, что им надо будет уехать, дал указание Дороти собрать все вещи жены. В назначенный день герцог приказал подъехать к церкви. Вики молча собралась и вместе с Дороти выехали к указанному часу. Перед отъездом из дома они увидели, как слуги герцога загружают карету их вещами, которые собрала Дороти.
— Это что же делается? — спрашивала ничего не понимающая женщина.
— Не знаю, нянюшка, — отвечала Вики, которая вдруг ясно поняла, что это последний ее день. Сердце сжалось с такой силой, что стало трудно дышать. В груди словно горел огонь, который сжигал ее изнутри. Она постаралась не показывать свою боль Дороти, сцепила пальцы в замок, с силой сжала, утихомиривая боль.
Когда они с нянюшкой приехали к церкви, Герцог был уже там, стоял вместе с дядюшкой и вышагивал в нетерпении. Дядюшка смотрел на него подобострастно, стараясь что-то сказать, заискивал. Но герцог отмахнулся на него. Когда Вики вышла из повозки, он взял ее за руку и практически потащил в церковь, где возле алтаря их уже ждал священник.
— Святой отец, прошу провести ритуал как можно скорее.
— Ваша светлость, что происходит? — спросила Вики у мужа.
— Мы разрываем нашу связь, — был тяжелый ответ.
В это время словно стрелой пронзило сердце, боль разлилась по телу и Вики упала. А потом в ее теле очнулась Виктория.
Все, что видела Виктория во сне было настолько реально, что она плакала, переживая жизнь своей тезки, словно свою. И также во сне сама себе дала слово, что она не пропадет, герцог еще пожалеет, что так поступил с ней. Хоть она была всего на шесть лет старше нынешней себя, но был более богатый опыт выживания в своем мире. Она поблагодарила Вики за все и отпустила ее. Она видела, как легкий белый туман уплывает куда-то вверх и тает. И Виктория сразу поняла, что душа Вики приобрела покой и больше не вернется. Она от души пожелала ей найти свое счастье.
А потом ей сразу же во сне пришли Эмилия и Альберт. Они держались за руки и улыбались Виктории такими родными улыбками, что у нее защипало в носу и снова слезы потекли из глаз.
— Я не ваша дочь, — сказала им Виктория, не желая их обманывать, — простите меня, я не знаю, как так получилось. Но я постараюсь быть хорошей Викторией.
— Мы знаем и благодарны тебе. Ты не виновата, что твоя душа оказалась в теле нашей дочери, значит так решило Святое Небо. Мы очень хотим, чтобы ты, кем бы ты ни была, в этом мире была счастлива. Мы будем рядом, всегда придем на помощь по твоей просьбе.
Она почувствовала такое тепло, словно ее обнимают самые дорогие ей люди и из глаз побежали светлые слезы.
— Вика, хотим показать тебе кое-какие тайники, где мы складывали деньги, чтобы уехать из Аглении, но не успели. Пользуйся, мы будем только рады. И хотим тебе сказать, дом поможет тебе, он зачарован на твою кровь. Чужих он никогда не пустит без твоего разрешения.
— А разве такое возможно, ведь магии не осталось? — спросила изумленная девушка.
— Я должна тебе кое-что рассказать, — ответила Эмилия, — но не сегодня. Просто прими тот факт, что дом будет слушать тебя. Когда ты будешь готова, я все расскажу тебе.
Они еще немного поговорили во сне, потом с ними Виктория простилась, Эмилия и Альберт нежно поцеловали ее и две души также растаяли в предрассветных сумерках. После этого она окончательно упала в темноту и спокойно спала до тех пор, пока солнце не стало щекотать ее своими лучами.