— Будете хорошо себя вести, — кивнула она, — отправитесь домой с непопорченной шкуркой. Ну и если твой будущий муженёк, — ткнула Лилет остриём в сторону Эды, — не вздумает финтить, конечно. Попробует обмануть — к предкам вы отправитесь быстрее, чем успеете сделать вдох. Но очень надеюсь, что до кровопролития не дойдёт. Через день-два мы отчалим, — пояснила она, встретив наши удивленные взгляды, — а иные считают плохой приметой оставлять за собой трупы. Уж лучше разбитые сердца да обрюхаченных девок. Ну, чего скисли? Веселей!
Она негромко засмеялась, утерев жир с сухих, потрескавшихся губ, а я нахмурилась, прикусив губу.
Что остаётся связанному много часов по рукам и ногам человеку? Позволить себе единственное из возможных движений — движение мысли. Иными словами, мне, равно как и Эдане, оставалось лишь думать.
Много думать. И надумала я достаточно.
— Что у тебя с Велором, Лилет?
— Дружба, — бесхитростно ответила наёмница, шумно отхлебнув из кувшина.
— И насколько тесная? — изогнула бровь я.
Разбойница игриво сощурилась.
— Ну, сама посуди. Раз вы обе до сих пор живы…
Она смолкла, следя за моей реакцией, и засмеялась, вновь принявшись за мясо. Моя ревность её явно позабавила.
— Он убьёт тебя, как только узнает, — злость во мне подняла голову, как змея из травы. — Горло перегрызёт.
— Лиззи, не надо, — задёргалась Эдана, но я продолжала непоколебимо смотреть на Лилет.
Запястья жгло всё сильнее. Металл пут разогревался с каждым мгновением.
— Велор? Убьёт? — набив полный рот, хмыкнула разбойница. — М-м, да ты совсем плохо его знаешь, милочка. Велор душка. Впрочем, потому мне и не хочется вас убивать, — она сглотнула и сморщилась, стуча кулаком по груди и проталкивая чересчур крупный кусок. — Он жутко расстроится, будь иначе, а мне до смерти не хочется огорчать друзей. Тем более, таких, как он.
Лилет деловито ткнула в окорок остриём клинка, сняв здоровенный ломоть мяса с кости.
— Хотите? — глянула она на нас. — Вы ведь целый день не ели.
— Мы же связаны, — буркнула Эдана, и я почувствовала, как напряглись её спина и плечи.
Сомневаться не приходилось, стоит снять оковы, и она спалит этот сарай в два счета. Впрочем, я ей в этом с радостью готва была помочь.
— Связаны, — кивнула Лилет, поддев кусок мяса. — Но разве это проблема?
Наёмница поднялась и мягко подошла. Ступала она бесшумно, словно тень.
Выставив перед собой клинок, Лилет сунула мясо мне под нос. Взгляд её блуждал по моему лицу лениво, но с любопытством. Она была словно пьяна.
Решив лишний раз не злить разбойницу, я осторожно, чтобы не пораниться, откусила столько, сколько смогла. Остатки мяса, не удержавшись на острие, сорвались и шлёпнулись мне на колени, измарав подол платья в жиру.
— Ну что ты… Дырявый рот! — посетовала Лилет, тряхнув головой.
Собрала упавшие куски и зажевала как ни в чём не бывало, по-прежнему не сводя с меня хмельного темноглазого взгляда. А затем и вовсе наклонилась, приблизившись так, что я ощутила исходящий от нее запах. На удивление приятный, эдакая смесь мыла и чего-то цветочного.
Быть может, масло?
— Так ты, Лиза, значит, целительница. Та самая.
Наёмница впервые стояла так близко. Я могла рассмотреть каждую морщинку на её лице. Оказалось, она и не столь молода. Явно за тридцать ей не первый год.
— А он говорил о тебе, — улыбка на её губах словно сломалась, искривившись. — Да-а-а… Было дело. Пять или семь кувшинов старого вина развязали ему язык.
Я вскинула бровь, с трудом проглотив мясо.
— Ты о ком? Обо мне многие говорят. И не всегда хорошее, кстати.
Лилет не ответила. Усмехнулась загадочно, но вдруг распрямилась, насторожившись. Мы и сами замерли. Я чувствовала, как напряглась Эда.
— Ни звука, — наставив на нас острие клинка, велела разбойница, сверкнув вмиг протрезвевшими глазами. — Сидеть молча. Иначе, клянусь, — покрепче сжала рукоять Лилет, — обеим глотки вспорю.
Подкравшись к двери, наёмница прислушалась. Мы затаили дыхание вместе с ней.
Пара громких вскриков, бесконечная возня внизу и… тишина.
Насколько удалось разузнать, шайка у Лилет разношёрстная, но женщин, кроме наёмницы, я не видела. Мужчины пили в большом зале на первом этаже, ели, играли в кости, но узнать точное количество «голов» не вышло. Причина проста — внизу задержаться нам не позволили, да и на месте разбойники не сидели. Одни приходили, другие выскальзывали за дверь, натягивая капюшоны и повязки на лицо.
Я зашевелилась, пытаясь вытянуть руку из металлических оков, но наёмница снова тряхнула пальцем, напоминая о тишине. Мы с Эданой, хоть и с трудом, но переглянулись, словно мыслью обменялись.
Рискнуть и позвать на помощь? На свой страх и риск расплавить путы или сидеть смирно, чтобы не попасть в ещё большую беду?
Лилет прильнула ухом к двери, замерла на мгновение и тут же отпрянула с видом облегчения.
— Наверное, мальчики кусок мяса не поделили или девку, — со смешком едва развернулась она к нам, как дверь распахнулась.
Наёмница получила крепкий удар в плечо, крутанулась волчком и вмиг выхватила второй кинжал из-за пояса.
