– Номеров полно, – заверила Диана. – А даже если бы их не было, Юля наверняка пустила бы тебя на третий этаж, хотя там сейчас не селят. Но места есть и на первом. Пойдем, провожу тебя. Помочь с сумкой?
– Ну уж нет! – возмутился Савин, неловко заковыляв к крыльцу. – Я не настолько инвалид!
Диана не стала спорить, хотя видела, что ему нелегко. Подстраиваясь под его шаг, она осторожно спросила:
– А могу я поинтересоваться, какого рода ответы ты надеешься здесь найти? И значит ли твоя формулировка, что ты больше не ищешь Софию?
Он ответил не сразу, собираясь то ли с мыслями, то ли с духом.
– Я больше не думаю, что смогу найти ее. В смысле, живой.
– Но почему? – удивилась Диана. – Мы же видели ее в лабиринте…
– Едва ли это была она, – мрачно отозвался Савин, тяжело дыша. – Полагаю, вы с самого начала общались с двойником. В противном случае получится, что роль Софии во всей этой истории не столь безобидна.
Диана с сомнением нахмурилась, вспоминая те часы, что провела в лабиринте.
– Думаешь, если мы видели настоящую Софию, то она находилась там по своей воле?
– Помнишь, как я чувствовал это тогда во сне? Она находилась там же, где и вы, но не с вами. И это значит либо то, что сказала ты, либо то, что сказал я: она была не с вами, потому что ее там просто не было. Скорее всего, ее давно нет в живых, и мне не просто так показалось тогда, что я видел ее мертвой в том лесу.
Они добрались до крыльца, и Савин замолчал, сосредоточившись на подъеме по ступенькам.
– Но есть и другие варианты, – мягко заметила Диана, пытаясь его ободрить. – Это могла быть действительно София. Может, она и правда была
Савин рассеянно мотнул головой, миновав ступеньки и остановившись, чтобы перевести дыхание.
– Зачем ему такие сложности? Зачем рисковать, подсылая ее к вам без полной уверенности в ее лояльности? Ведь она могла дать вам подсказку или вовсе рискнуть всем и выдать его напрямую. Мне кажется, он не из тех, кто полагается на удачу.
Диана не стала больше спорить. Понимала, что мрачный настрой – следствие пережитого. Возможно, сейчас Савину проще думать, что Софии больше нет. И, возможно, так для него лучше. Если ее действительно нет, он уже начинает принимать это. А если она все же жива… Что ж, с хорошими новостями всегда смириться легче.
– Возможно, ты прав. Увы, я не могу обещать тебе скорое нахождение ответов, поскольку у нас тут все как-то подвисло. Уже больше месяца ничего не происходит, словно кукловод забыл о нас. Но он зачем-то держит Влада, а с ним и Юлю, на озере.
Савин снова немного помолчал, как-то странно косясь на нее, и объявил:
– Кое-какие новости есть у меня. Я видел сон этим утром, когда наконец уснул. Весьма странный. Там был мужчина. Не просто мужчина. Я почти уверен, что это был Кирилл Надежин.
– Мой бывший? – едва слышно переспросила Диана.
– Да. И он держал в руках плеер.
– Плеер? – удивилась Диана. – В смысле, плеер Софии? С которым она работала?
– Вроде того.
– Хм, странно… Этого плеера ведь больше нет. То есть, он есть, но… – Она обернулась, глядя на озеро. – Он где-то на дне. Кирилл его туда и бросил.
– Вот именно. Поэтому я понятия не имею, что это означает. Если это подсказка, то какая-то странная.
– В любом случае, стоит рассказать о ней Юле.
– Определенно. Для того я и приехал.
Андрей Соболев никогда не причислял себя к трудоголикам. Злые языки порой утверждали, что именно поэтому он до сих пор ходит в капитанах, хотя причина была не в этом. Тем не менее он действительно не жаждал пропадать на службе днями и ночами, умел остановиться и сделать перерыв, умел не вовлекаться слишком сильно, хотя порой это умение давало сбой. Если он и задерживался, то, как правило, не по своей воле, а по велению обстоятельств или начальства. Но главное: он всегда возвращался домой с удовольствием. И когда был женат, и когда остался жить один.
Однако последние пару недель он возвращался домой с двойным, если не тройным, удовольствием.
Когда Федоровы переехали на озеро, а вслед за ними огромный дом покинула и Диана, опустевшее, но все еще арендованное жилище решила занять Кристина. После чего практически в ультимативной форме заявила, что он переезжает к ней.
– Если уж мы теперь помолвлены, пора привыкать жить вместе. По-настоящему, а не этими набегами.
Как будто он мог быть против! Его, конечно, несколько смущали размеры дома, но Соболев не видел причин отказываться от возможности пожить в шикарном месте. Как насмешливо заметил Карпатский, узнав об этом: «Пора привыкать к хорошей жизни».
