– А что мне оставалось думать, Слав? – защищаясь, парировала Диана. – Сам вспомни, сколько раз ты говорил прямо или просто давал понять, что не хочешь снова жениться, не хочешь новую семью, детей?
– Я говорил гипотетически! – Он невольно повысил голос. – Речь тогда не шла о ребенке, который уже есть!
– Ладно, – Диана вскинула руки, как будто сдаваясь, и снова отвернулась от него к вещам. – Рада, что мы одинаково смотрим хотя бы на это. Потому что убивать ребенка от любимого мужчины я не стану. Особенно теперь, когда у меня есть финансовая возможность вырастить его самостоятельно. Может быть, хотя бы он будет любить меня, искренне и полностью… Ну, или она.
– Самостоятельно? – переспросил Карпатский. – То есть ты не рассматриваешь вариант вырастить его вместе?
– Если захочешь участвовать, я не буду препятствовать вашему общению…
– Я не об этом!
– А о чем?! – Она снова повернулась к нему, прожигая возмущенным взглядом. – Собираешься снова жениться по залету? Нет, спасибо! Так я не хочу…
На последних словах голос подвел ее, сорвавшись, и Диана попыталась снова отвернуться, чтобы спрятать хлынувшие из глаз слезы, но на этот раз он не позволил: развернул ее к себе и прижал к груди. Она предприняла попытку высвободиться, но слишком вялую, чтобы Карпатский не смог ее удержать. Хотелось верить, что ей на самом деле не слишком-то хочется вырываться, но Диана вполне могла просто бояться сделать ему больно, неудачно надавив на ребра.
– Я никогда не женился по залету, и ты это знаешь, – тихо напомнил он. – Я тогда женился по любви. И в этот раз будет так же. Если, конечно, ты примешь мое предложение.
– Как мне теперь тебе верить? У тебя была масса возможностей сказать, что любишь, но ты так ни разу этого и не сделал…
– Я боялся, – признался Карпатский еще тише. – Я так многого боялся… И сейчас боюсь, если честно. Что опять не справлюсь. Не уберегу. Не смогу дать того, о чем ты мечтаешь. Разочарую. Не удержу… Но я люблю тебя, Ди. Давно об этом знаю и давно этого боюсь. Зачем мне врать?
– Откуда мне знать? Если нет, то с чего вдруг такая смелость?
– Да ни с чего… Просто сейчас я гораздо больше боюсь тебя потерять.
После этих слов Диана заметно расслабилась, перестала сжиматься в комок. Руки, которыми она до того момента упиралась ему в грудь, скользнули вокруг его талии. Диана прижалась к нему, по-прежнему очень осторожно, и вдруг спросила:
– А ты кого больше хотел бы? Мальчика или девочку?
– Неважно. Ребенок есть ребенок…
– А все-таки?
– Ну, если все-таки… Наверное, девочку. Сначала. А потом мальчика.
Она чуть отпрянула и удивленно заглянула в его лицо. Карпатский улыбнулся и добавил:
– Но можно и наоборот. Просто мне всегда казалось, что в идеале детей должно быть двое. Хотя бы.
Удивление в ее глазах переросло в возмущение, но возмущение это было явно нарочитым, несерьезным.
– Хотя бы? – переспросила Диана. – Майор Карпатский, а вы не слишком ли разогнались?
– Да сколько мне осталось тем майором быть-то? – усмехнулся он. – Мне тут награду за поимку особо опасного преступника посулили, какую-то очень большую. Говорят, на начало новой жизни хватит.
Диана расплылась в широкой улыбке. Это уже была ее настоящая улыбка, которой Карпатскому так не хватало с того момента, как он вошел в палату.
– Уже знаешь, чем в этой новой жизни займешься?
Он покачал головой.
– Понятия пока не имею. Я знаю одно. Я очень хотел бы прожить ее с тобой.
– И больше никаких отдельных территорий? – осторожно уточнила она.
– Никаких отдельных территорий, – заверил Карпатский.
И наклонился к ней, чтобы скрепить это обещание неторопливым поцелуем, о котором мечтал уже несколько дней.
– Убедил, – выдохнула Диана, когда он слегка отстранился. – Я согласна.
– Прекрасно. Тогда поехали уже домой?
– К тебе?
– К нам.
– Уверен, что не хочешь поговорить с ней напоследок? – поинтересовался Велесов, кивая на монитор, на котором шла трансляция из допросной. – Я могу договориться.
Савин отрицательно покачал головой и посмотрел на экран смартфона.
– Такси почти подъехало, мне пора. Я и так задержался тут. Просто хотел убедиться, что она действительно во всем созналась и уже не выйдет отсюда.
– Тут никогда нельзя быть уверенным до конца, – заметил Велесов. – Она в любой момент может отказаться от своих показаний, и тогда уже суд будет решать, насколько доказана ее вина.
– Я не думаю, что она откажется от своих слов.
Савин не без труда оторвал взгляд от экрана и неторопливо поковылял к двери, опираясь на трость. Велесов пошел следом, очевидно, решив проводить его до выхода из отделения.
– Тебе ее как будто совсем не жаль. А ты ведь так долго ее искал, так самоотверженно участвовал во всех расследованиях, хотя это с самого начала было опасно.
Савин пожал плечами.
– Я чувствовал себя виноватым, вот и все. А теперь выяснилось, что моей вины в произошедшем не было. София манипулировала мной, ее двойник чуть не убил меня, подозреваю, по ее же указке. Так что все чувства, что у меня к ней были, уже растаяли. Думаю, теперь я наконец буду спать спокойно.
