– Черт. Тогда поеду в нью-йоркскую квартиру. Так или иначе, надо в офис наведаться. Огромное тебе спасибо за то, что в очередной раз все испоганила.
Он почти бегом убежал в спальню и принялся собирать вещи.
А я решила, что эсэмэску Эмбер я отправлю завтра, как бы забыв отправить сегодня. Сообщу, что Джексон едет в квартиру и что ей, в итоге, не удастся там переночевать. Напишу, что забыла отправить, и выражу надежду, что она не испугалась, когда появился Джексон.
Зайдя в спальню, я швырнула на пол «Улисса» и заменила новеньким романом о Джеке Ричере[69]. Растянувшись на кровати, я сладко потянулась. Сегодня на ужин будет пицца. Лейны к нам не собирались. Еще неделю назад они мне сообщили, что идут на концерт.
Через несколько часов зазвонил телефон.
– Какого черта ты вытворяешь?
– Ты о чем?
– Эмбер здесь! Что за игру ты затеяла, Дафна?
Я старательно разыграла изумление.
– Я отправила ей эсэмэску и предупредила, что ты едешь в Нью-Йорк и будешь ночевать в квартире. Погоди. Я сейчас посмотрю. – Я выждала несколько секунд. – Какая же я дурочка. Я не отправила это сообщение. Набрала и не отправила. Прости, пожалуйста.
Джексон выругался.
– Ты упорно пытаешься испортить мне выходные. Хочу только покоя и тишины. Нет никакого желания вести светские беседы с помощницей.
– Ну тогда скажи ей, чтобы она уехала. Хочешь, я ей позвоню?
Он вздохнул.
– Не надо, сам разберусь. А тебе большое спасибо!
Я отправила предыдущее сообщение и написала Эмбер еще одно. «Извини. Хотела сообщить тебе, что Джексон едет ночевать в Нью-Йорк. Может быть, тебе лучше уйти. Он не в лучшем настроении из-за меня».
Этого, по идее, должно было вполне хватить, чтобы Эмбер отнеслась к Джексону с сочувствием. А потом… Потом – раз, два, три! – и они окажутся в постели вместе.
Джексон влюбился. Видимо, Эмбер действительно хороша в постели. Он все чаще стал оставаться ночевать в Нью-Йорке, объясняя это тем, что работает допоздна. Только ради того, чтобы проверить свою теорию, после третьей ночи подряд я предложила ему приехать и составить компанию, но он отговорился и сказал, что будет в офисе до ночи. Все стало ясно и по поведению Эмбер. Она считала себя очень умной и думала, что я ни о чем не догадываюсь, но я отлично замечала, как они смотрят друг на друга, когда она приезжает к нам в поместье. Она даже фразы теперь заканчивала по-другому.
Во время нашей поездки в Лондон от Джексона пахло ее духами всякий раз, когда он возвращался с деловых встреч. По всей видимости, измена его подстегнула, и он начал требовать от меня секса чаще, чем обычно. И происходило это неожиданно, и сам секс тоже изменился – стал быстрее и грубее. В нем появилось что-то собачье. При этом Эмбер я говорила, что Джексон ко мне неделями не прикасается. Мне было нужно, чтобы она верила, что он без ума от нее и больше его глаза ни на кого не глядят. Только один раз я позволила взыграть гордыне и сообщить ей, что мы с ним только что переспали. Как же приятно мне было наблюдать за ее лицом, за ее шоком и гневом. Но тем не менее я опасалась, что Джексон может вскоре устать от нее и вернуться ко мне, будучи еще более одержимым сексом и психопатией. Моя единственная надежда была на то, что Эмбер вызывает у него те же чувства, какими он воспылал ко мне, когда мы с ним познакомились. Он должен был сосредоточиться на единоличном обладании ею. А Эмбер свою роль уже играла вовсю – она старалась превратиться в юную версию меня. Я заметила, что она стала пользоваться теми же духами, какие предпочитаю я, делать такую же стрижку. Даже цвет помады она копировала. А я продолжала снабжать ее оружием соблазнения. Но хватит ли всего этого? Почему она так долго не беременела? Но конечно, от беременности никакого толку не будет, если только она не зачнет мальчика. Еще одна дочь Джексону не была нужна совершенно.
А я старалась выглядеть как можно более жалко. Мне было нужно, чтобы Джексон видел в Эмбер идеальную замену мне. Я стала носить длинные панталоны вместо трусиков, чтобы потеть и приписывать это приливам жара. Я то и дело намекала на то, что у меня ранний климакс, чтобы он понимал – если останется со мной, то его мечта о сыне не сбудется. Но если с беременностью у Эмбер не получится, мне хотелось верить, что она найдет еще какой-то способ заарканить Джексона.
Из Парижа он вернулся в прекрасном настроении. Мне сказал, что Эмбер взяла несколько выходных, чтобы навестить подругу – чтобы у меня не возникли подозрения. Но я знала, что она была в Париже с ним. Я заметила, как он торопливо запихнул в чемодан какое-то нижнее белье.
Я почти спала, когда он вошел в спальню и включил лампу на тумбочке.
– Ты же не спала, нет?
Он подошел ко мне и встал рядом с кроватью.
– Спала.
– Я обижен. Я думал, ты ждешь меня. Ты же знаешь, как я скучаю по тебе, когда я в отъезде.
У меня начался нервный тик на правом глазу. Я натянуто улыбнулась.
– Конечно, и я по тебе скучала. Но я думала, что ты устал.
Медленная улыбка тронула губы Джексона.
– От тебя я никогда не устаю. Я тебе подарок привез.
