В июле мы полетели во Францию отдыхать с сестрой. Там нам очень нравилось: солнечная погода, море, никакой учебы, не надо никуда ходить и нагружать свой мозг новой информацией, а потом ее усваивать. Просто лежишь целыми днями и отдыхаешь, как толстый кот на батарее. Еще мы погуляли по историческим местам, запостили сделанные нами фотографии, а также ели очень много мороженого. В общем, летние каникулы проходили чудесно. Как вдруг нам позвонила мама и проревела, чтобы мы срочно летели обратно домой. Голос у нее был заплаканный. На вопрос: “Что случилось?” Она не отвечала, а только продолжала плакать. Мы с Дарьей прилетели только через два дня, поскольку это был ближайший рейс домой. Дома нас встретила мама. Она выглядела подавленно. Раньше она всегда была очень улыбчивым человеком. Даже если ничего не происходило, она все-равно была радостной и позитивной. Но в этот раз эмоций у нее не было совсем. Лицо было каменным. В этот раз на вопрос “Что случилось?”, она все-таки ответила, но спустя примерно минуту молчания. Она сказала, что папу убили, что это было заказное убийство, а бизнес забрали и теперь мы без отца и практически без денег. Я не могла издать и звука. Краем глаза я увидела сестру. У нее была точно такая же эмоция. Мы не издавали ни единого звука несколько минут. Я постучала в своем ритме четыре раза пальцами по столу, чтобы успокоиться. *Парам-парам Парам-пам-парам Пам*
После чего я спросила, где сейчас тело папы, и мама ответила, что его уже похоронили, а позвонила она нам только спустя неделю после убийства папы. Она не могла сказать…
Уже первое сентября. Я иду в одиннадцатый класс. У нас уже почти выходит жить обычной жизнью. Мама стала главой одного из государственных информационных агентств. Мы живем неплохо, но хуже, чем с папой. В школе одноклассники перестали общаться со мной, узнав об этом. Кроме Адама. За лето мы с ним очень сблизились. Оказывается, нас с ним много что связывает. Мы оба обожаем историю, оба знаем английский и французский, также увлекаемся темой гражданской авиации. Он стал более общительным и стал ухаживать за собой. Дарья пошла на практику в крупнейшую нефтяную компанию страны. В дальнейшем хочет работать там, а на пике карьерной лестницы стать ее главой… Прям как папа. В школе мы с Адамом стали сидеть вместе за одной партой. А Ребекка стала смотреть на меня косо, как будто-бы я сделала что-то плохое. Хотя о чем я говорю… Если они, узнав о смерти моего отца, не сказали мне ни единого слова поддержки, а только перестали со мной разговаривать и кидают кривые взгляды. В лицее по традиции провели день самоуправления. Я хотела принять в нем участие, готовилась, хотела провести хотя бы какой-нибудь урок, но мне отказали… как и Адаму. Всем разрешили, а нам нет. А почему… Все и так понятно. Но мы не растерялись и просто проучились в этот день, как будто-бы ничего и не было. А после учебы Ребекка встретила нас с Адамом у входа в лицей. У нас завязался диалог.
– Ну что, обидно, да? Это мы так соблаговолили, чтобы вас не допустили. Да-да вижу по вашим глазам, как вам обидно. Но извините, ничего личного. Просто вы реально не достойны этого. Поймите это.
– Ребекка, я не понимаю, почему ты такая… Такая агрессивная. Мы соизволили лицезреть твои непотребные деяния, однако воспринимать всерьез не будем. Ты этого не достойна, извини. Больше времени тебе уделить мы, увы, не сможем, потому что есть дела и поважнее. Всего хорошего тебе. Au revoir.
Теперь Адам каждый день провожает меня до дома. Это очень мило с его стороны.
Уже тридцать первое декабря. Совсем скоро Новый год. Мы с Адамом решили встретить Новый год вместе у меня дома. Сначала мы смотрели фильмы, мои любимые драмы. Потом сходили, прогулялись, а ровно в двенадцать часов ночи он мне предложил встречаться. Я была просто в шоке. Очень радостная новость сразу прилетела к маме с Дарьей. Они тоже порадовались за меня. Надеюсь, у нас с Адамом все получится. Интересно… Как на это отреагируют в лицее? А впрочем, мне без разницы. На них нужно меньше обращать внимания, иначе можно стать таким же замкнутым, как Адам когда-то…
