Как же долго я от него восстанавливалась… Но стоило только увидеть его, чтобы период так называемой реабилитации напрочь стерся из вновь одурманенной головы. Мир пропал, надо мной вновь толстым пластом сгустились пепельные тучи. Один точный прицельный удар молнии и этот ад разверзнется прямо на мою непокрытую голову, поглотит, не оставив ни единого шанса на очередное чудо.
Хватит с меня чудес, лимит давно уже исчерпан, и овердрафт здесь вовсе не предусмотрен.
— А Варя у нас идейный вдохновитель… — донесся до меня веселый Димкин голос, и я поспешила перевести взгляд на своих сегодняшних собеседников. Алена вопросительно приподняла тонкую темную бровь, я раскрыла было рот, чтобы по нормальному перефразировать Димку, но в этот момент мой приятель повел себя загадочно, высоко вздернул голову и даже нахмурился; черты его добродушного лица несколько заострились.
Без особого труда проследив за его взглядом, я увидела, как к нашему столику неспешно, но довольно решительно приближается Владлен.
Должен быть предел. Во всем. И в любви в первую очередь. Но этот бесполезный кусок плоти, гоняющий кровь по всему телу, так и норовит пробить тонкую грудную клетку, пуститься вскачь мимо светящихся яркой позолотой ламп прямо под ноги тому, кто когда-то безжалостно нанес несокрушимый удар по всему, что было мне дорого.
Я не вчерашняя школьница, пусть не виртуозно, но умею справляться со своими эмоциями, черта с два он меня раскусит. И все же это довольно трудоемкий процесс, требующий огромных усилий, невероятной выдержки.
— Влад! Алена засияла; ее миловидное личико в секунду озарила искренняя улыбка. Момент оказался волшебным; мне, как человеку творческому, привыкшему отыскивать неподдельную красоту в самых тусклых, безрадостных мелочах, Алена сейчас показалась настоящей красавицей.
Бывший тоже ей улыбнулся — мельком, так же мельком поцеловал ее, бросил равнодушный взгляд в мою сторону, пожал протянутую Димкой руку, после чего с удобством устроился на мягком сиденье рядом с Аленой и лениво осмотрелся. А я очень пожалела о том, что не догадалась захватить парочку острых гвоздей и подбросить их под мягкую обивку с той стороны заставленного всевозможными блюдами стола.
— Мы же тебя ждем, — с легким укором указала Владу Алена, ожидаемо придвинувшись ближе к благоверному, на что тот не среагировал должным образом, но и не отодвинулся.
— Много работы, любимая, — он посмотрел на меня так, что острые гвозди в моем воображении, казалось, перенеслись под мое сиденье; ужасно захотелось если не подняться, то хотя бы переменить позу. Но я даже не дернулась.
— А Виктор уехал домой, — попеняла Алена.
— Я его отпустил.
— Мог задержаться, вместе вы справились бы гораздо быстрее.
Влад коротко посмотрел на нашу молчащую парочку.
— Детка, не слишком удачное время для этой болтовни. У нас компания, не забывай об этом, — и, следуя собственным словам, Влад обворожительно заулыбался, демонстрируя нам с Димкой все свои зубы.
Думаю, их количество не преуменьшало допустимую норму. Жаль, что с момента нашего развода Влад так и не нарвался на того, кто мог бы подшлифовать эту ходячую рекламу зубной пасты или кабинета платного дантиста.
Я не кровожадная, нет, просто Влад… Он так действует. Мне хочется вцепиться ему в глотку, подпортить и без того неряшливую прическу, встряхнуть, так, чтобы сбить насмешливое выражение с кривляющейся физиономии, сказать… Ну, что-нибудь колкое, там уже по обстоятельствам, если не нападет столбняк, и слова сами собой не исчезнут.
Я сильно прикусила внутреннюю сторону щеки и выжала из себя ответную улыбочку, не такую шикарную, конечно, но и не кислую.
— Что обсуждаете, друзья? Влад уже смотрел на Димку, нарочно или непроизвольно обходя меня взглядом. Много я пропустил?
— Не очень, — Димка принял подачу.
— Я рассказала о наших планах, — промурлыкала Алена.
— Правда? И как им?
— Отлично, — я с трудом проглотила это показательное, даже грубоватое «им». Тебе пойдет белый костюм и рубашка в голубую полосочку.
— Что? Влад хмуро посмотрел в мою сторону, а я прикусила язык, но поздно. Дмитрий сделал такое выражение лица, что даже самый последний дурак без труда сообразил бы этот парень отчаянно сдерживает рвущийся наружу смех.
— Кстати, неплохо, — оценила Алена; по-моему, на полном серьезе. Владик, а что, если в самом деле заказать тебе рубашку под цвет маминого платья?
Бывший едва не побагровел; мне казалось, что сейчас он непременно разразится на головушку своей пассии гневным монологом, но Влад все же сдержался.
— Забудь об этом, — спокойно, даже с ленцой сказал он Алене, вновь посмотрев на меня.
— Он вообще ни в чем не разбирается, — пояснила для нас Алена, отвернувшись от своего будущего супруга.
Пользуясь тем, что Димка что-то спросил у Влада, я не удержалась от соблазна, перегнулась через стол и заговорщицки подмигнула Алене:
— Не спрашивай его ни о чем, делай по-своему, как считаешь нужным. Куда он денется с подводной лодки? В конце концов, муж голова, а жена шея. Проверни-ка его на свой лад.
