И я пошел. Этот путь - от дверей кабинета Гиви до дверей в коридор - был самой длинной прогулкой в моей жизни. Я
знал, что в любой момент пуля из «ремингтона» может разворотить мне спину. И я не хотел верить в то, что Анна сможет
это сделать. Какое идиотство. В духе покойного Боба.
И так я шел - по мраморному полу, по коврам, минуя антикварные столики и немецкие кожаные диваны, минуя
развешенные по стенкам пейзажи среднерусской возвышенности. Картины, должно быть, служили для создания обстановки
расслабленности и умиротворения. Что же, все эти люди, лежащие на полу, были явно умиротворены. Раз и навсегда. И
«ремингтоны» справились с этой задачей куда лучше, чем идиллические лужки на картинах.
Я заметил, что точно так же, как и длинноволосая блондинка, ступаю осторожно, стараясь не угодить в одну из
многочисленных луж крови. Темно-красная жидкость загустевала, и кому-то придется здесь утром здорово потрудиться,
чтобы привести апартаменты в порядок.
Я миновал тело блондинки Зои. Пот струился по спине. Мне было страшно. И мне стало еще более страшно, когда
пропитавшаяся кровью ковровая дорожка в секретарской издала под моей ногой омерзительный хлюпающий звук. Словно
подо мной была трясина и я только что едва в ней не увяз.
У дверей в коридор я остановился и стукнул пальцем по защелке. Она отошла в прежнее состояние. Теперь никто не
мешал мне выйти наружу.
Но я не мог уйти просто так. Медленно, перебарывая собственный страх и собственную дрожь, я повернул голову назад.
Двери кабинета Гиви были закрыты. Наверное, они закрылись сразу же после моего ухода.
Это даже немного разочаровало меня, Но переживать по этому поводу я не стал. Я толкнул дверь, вышел в коридор и
быстрым шагом направился к выходу из «дома, где сбываются все мечты».
Глава 15
Позже, много позже, сидя в своей квартире и думая о походе в гости к Гиви Хромому как о давно прошедшем деле, я
задавался нелепым вопросом: почему я так торопился покинуть кинотеатр? Почему не подождал Анну? Не проследил за ней?
Не узнал, чем кончились ее переговоры с Гиви Хромым?
Ответ был прост: меня это не интересовало. Я чувствовал лишь одно - в эту ночь я перешел границу, ступать за которую
не имел права. Это уже была не моя территория. Это была территория, где такие, как Гиви, и такие, как Анна, решают свои
спорные проблемы. Мне там нечего было делать, даже если Гиви имел на меня зуб. И вот теперь я спешил убраться оттуда.
Я почти бежал по пустынным коридорам, бежал по кафельному полу кухни, где не было уже ни буфетчика Лехи, ни
официанта Пашки. Я спустился по винтовой лестнице, пробрался между груд мусора, яростно раскидывая в стороны все, что
затрудняло мое движение. Потом мне показалось, что дверь наружу заперта, что она мешает мне покинуть этот дом,
пропитанный запахом крови от второго этажа и до подвалов. Я достал «люгер» и дважды выстрелил в замок. Дверь
распахнулась, и в лицо мне ударил запах гнили со двора. Я устремился ему навстречу, как будто это был аромат
тропического острова. И я не замечал мусорных баков, я не замечал грязи под ногами. Главное - выбраться, а там...
Я прошел мимо «Ягуара», и это был единственный момент, когда я вспомнил об Анне. Я подумал, что ей нужно будет
тоже выбираться отсюда. И у нее, наверное, будет куда меньше времени, чем у меня. А значит, машина ей будет нужнее.
К тому же у меня не было особого желания вновь залезать в салон машины, где некогда мы ехали вместе с Марком.
Вместе с Бобом. Вместе с Анной.
«Мы не пытаемся вас обмануть, Костя», - сказал тогда Марк. И обманул.
«На хрена ты нам нужен?» - спросил позже Боб. Я быстро стал им не нужен.
«Ты мне не нужен, по большому счету», - еще раньше призналась Анна.
Что ж, мною попользовались и выбросили на помойку. Не стоит удивляться, что я чувствую себя как выжатый лимон.
Но, по крайней мере, я жив. Некоторым не досталось даже такой привилегии. Шагая по пустому шоссе в направлении
центра Города, я думал о том, как глупо с моей стороны было рассчитывать в этой ситуации получить что-то для себя - или
деньги, или безопасность, или...
Не стоило мне играть в такие игры. Тем более с Анной, которая наверняка имела первый разряд в этом виде спорта.
Минут через десять забрызганный грязью «Москвич» остановился чуть впереди меня и приглашающе просигналил. Я не
стал отказываться. Мне не терпелось попасть туда, где была хотя бы иллюзия покоя. Я хотел попасть домой.
Первое, что я сделал, войдя в свою квартиру - отключил телефон. Потом заперся на все замки. Света я не зажигал.
В темноте я разделся, в темноте пробрался в ванную комнату и включил воду. Потом прошел в кухню и плотно занавесил
окно. Только после этого я решился зажечь свет в ванной комнате.
Я погрузился в воду, теплую, ласкающую тело. Я старался расслабиться, но вода мне не помогала. Я накрыл «люгер»
рубашкой, чтобы оружие не бросалось в глаза, но это ничего не меняло. Я очень хорошо помнил, что на расстоянии
вытянутой руки лежит пистолет. Без него я не решался оставаться в эту ночь.
