— Сегодня я с вами. — проверяет Доу револьвер. — А то вновь какой храм будет разрушен до исследования.
— Мне все еще стыдно. — вздыхает Николас.
— Куда она, туда и я… Босс. — размял плечи Боунси.
— Вперед! — не дожидаясь, запрыгнула на плечо волчицы Шутница.
Итого. Лойда с Рыцарем остаются охранять, а остальные углубляются в чащу Пика. Насколько обширен каменный лес неизвестно, но что густой мы поняли сразу. Всего через пять минут опушка скрылась. Куда ни посмотри одни деревья.
— Хм. — оставляю отметину клинком. — В муравейнике это помогло.
— Весьма умно, господин Сторож. — одобрил Николас.
Топаем вперед, поделившись на пары, считай колонна, в разницу десятка шагов.
— Значит… — рядом со мной Николас. — Вы можете призывать Космических зверей в любой момент?
— Да, они всегда рядом. — киваю. Тишина вокруг немного угнетает, вроде дремучая чаща, а не щебета птиц, ни живности, даже ветки не хрустят, ведь все как камень. Насекомых тоже нет, и вот это радует.
— Сила Баньши, но не баньши. — продолжает обмозговывать ученый. — Вы мутант, господин Сторож?
— По нынешним меркам. — переступаю через корень. — Да.
— Нынешним? Ай! — спотыкается парень.
— Аккуратней. — успеваю выставить руку.
— Простите… — поправляет пояс.
Ну раз такой шанс.
— А все твои знания… — дергаю бровью. — Ты учился в Пьетро?
— В… В начале да. — кивает. — Но я быстро перегнал программу, потом учился на дому с отцом. — трет затылок. — Оно, конечно, наложило свои побочные, ам, эффекты. — жду продолжения. — Все праздники, достижения… Отец был мне и другом, и наставником. — испугался. — Звучит не очень! Но я не жалюсь, каждый день рождения отец всегда придумывал что-то новое. — теплые воспоминания.
— Отец… — смотрю вперед. — В твоей истории так мало… Мамы.
— Её и в моей жизни было мало. — юноша сжал зубы. — Даже в особые дни… Тц. Тетя Алька или Мур и то могли освободить для себя час…
— Ты же понимаешь, кто именно твоя мать? — поднимаю бровь. — Генерал Антимагической Стражи. Судя по всему, одна из первых женщин в стране.
Кристи не могла рассказать мне подробней про Рифу. Зато Рыцарь в одну из ночей открыл более четкую картину.
Рифа… Приемная дочь Клифа. Во времена войны она стала капитаном среди сопротивления, буквально выбила себе уважение волков с другими ведьмами. А когда случилась победа… Рифа начала работать в три раза усерднее. Прошла подготовку, закончила обучение. Узнала от и до как работали Охотники в старину, учла все их минусы. И когда её назначили руководителем, то была липа. Девушка, которую желает видеть народ, но не более. А она пробилась и через это. Год за годом под её руководством все пришло к стабильности. И образ, поставленный для отвода глаз, стал настоящим.
Поэтому меня злит настрой Николаса. Я понимаю… Мама должна ставить семью выше работы.
Да вот вспоминаю свою. Вспоминаю, как она приходила за полночь, уставшая, голодная.
Хм-м-м. Осматриваю округу, погрузившись в воспоминания. Забавно, как мы достаем потерянное из-под корки, увидев знакомые образы.
Маленький Сторож играет в кубики, отец смотрит телевизор. Ничего необычного. И вот приходит моя мама. Устало садиться на подлокотник кресла. Она улыбнулась: «А где мама?» — играет со мной.
И я… Зараза. Я показал пальцем на семейную фотографию. «Вот мама!» — в тот день маленький Сторож так и не понял…
…Почему она плачет.
Прости, мам. Дети бывают жестоки даже не осознавая этого.
— Не хочу развивать тему… — буркнул Николас. — М? — заметил мой задумчивый взгляд. — Господин?
— Да. — возвращаюсь в реальность. — Прости, что лезу не в свое дело. — выдох. — И прекрати говорить «Господин». Я никому не господин.
— Вы доктор? — хе, услышал парнишка от Кристи. — Мсье доктор.
— Так лучше. — улыбаюсь.
— Мы почти час тут бродим! — делает засечку Шутница. — Где наши неприятности⁈
— Даже намека на руины. — прокрутила Доу револьвер на пальце.
— У вас откуда столько кровожадности? — бросаю смешок. — Знак на границе уже себя оправдал. — взгляд на Николаса. — Вы с Рыцарем видели монолит на древне-сухом?
— М-монолит? — поправляет очки. — На… — остановился. — Хе, такого не может быть.
— Я лично прочитала! — хлопает аррлекинша его по спине.
— Ч-что? — удивился. — Сколько вам лет, госпожа?
— Еще один… — закатывает глаза.
— А что не так? — моргает Кристи.
— Не осталось ни одного манускрипта, ни одной вещи с той эпохи. Древне-сухой… Считается больше не существующим языком.
Мы остановились.
— Скажу сразу. — подняла руки Шутница. — Я этого не знала! — говорит искренне.
— Кхм. — «горит» Николас. — А ч-что было написано на том монолите?
— Ам-м-м-м. — вспоминает.
— Будь готов, странник, — начала Доу. — … ибо ты входишь на территорию красного песка, пускай горячий ветер…
— Движение! — зарычала Кристи.
Моментально обнажаем оружие, встав кругом.
— Где? — шепчу я.
— Р-р-р… — принюхивается волчица. Медленно ведет взгляд, и так же медленно поднимает палец. Кивает.
Безмолвно показываю руками: «Заходим с двух сторон». Звездная с Боунси прикрыли ученого. Кристи, перейдя на все конечности, крадется по правую сторону к указному дереву, мы с Шутницей по левую.
