— А-а-а! — что-то хватает людей, утаскивает их в никуда. Один за другим воины исчезают.
— Назад! Всем назад! — останавливает Лойда.
Вокруг черноты собрался полукруг. Пелена тьмы не дает пройти дальше. И когда зазвучали босые шаги, животный ужас накрыл души, само естество трепещет от страха. Из черного тумана выходит мужчина. Оборотень. Искаженный, в нем осталось мало… Нормального.
По голому, рельефному телу ползают темные отростки. Четыре глаза залиты красным светом. Волчий уши обрезаны. Не руки, лапищи, покрытые твердыми наростами, с острыми лезвиями вместо пальцев. Когда Первый открыл рот, в нем виднелся двойной ряд зубов. Звук плоти, треск костей. То и дело сквозь кожу гуманоида показывались человеческие лица, которые желали прорвать оболочку, но быстро исчезали.
— Этот отличается от других… — приготовилась Ло.
— Да насрать! — прицелился Козырь. — Р-а-а-а! — стреляет. Первый телепортируется! — Что… — удар когтей! Пулемет в труху, как и кусок руки серого волка.
Еще перемещение!
Новит теряет голову.
Еще.
Новый труп.
Первый перемещается от цели к цели, неся смерть.
— ХА! — только Лойда успела скрестить клинки, отразив удар. Крутанувшись, пробует подрезать ноги. Клинки рассекли воздух.
Удар с зади! Кукла вновь среагировала, неестественно выгнув спину. Скрестила руки-мечи с когтями. Секунды борьбы, Ло проигрывает. Старается из-за всех сил, и все равно под напором прижимается к земле. А Первый не испытывает никаких проблем.
Залп винтовок!
Оборотень телепортируется.
Снова поднимается в центре тумана.
Армия была готова продолжать неравный бой. Да вот… Всё на мгновение стихло.
Кристи шагает вперед, люди расступаются.
— Этот мой. — рычит Альфа.
— Кровь проклятого ублюдка. — заговорил Первый. — Наконец-то… Предназна…
— Ра-а-а! — сорвалась Альфа с места. Удар! Блок! — Мне не интересно! — вот теперь Первый чувствует отпор. — Погнали!
Залы дворца. Пусты. Так тихо. Слишком тихо, звенящая тишина. Звуки с улицы не проникают сюда, казалось, нет никакой битвы. Закрываю глаза. Чувствую зло в этих коридорах. Особо много его… Хм, внизу. Но есть что-то и на верхнем этаже. Баронесса…
Иду тенью посреди золота. Тут и там висят картины. Укути, портреты Укути, увешанная украшениями, властный взгляд, довольно откровенные наряды. Первый подъем, еще проход, новая лестница. Верхние этажи. Тьма исходит от самой дальней комнаты, незримые миазмы, которые подвластны моим глазам. Двигаюсь вперед. Поравнявшись с одной из дверей, толкаю её, чтобы убедиться в отсутствии врагов. Все, что встретило меня в комнате с балконом, это жижа на полу, мазут, в котором плавала одежда с куском маски церковника.
— Хм. — возобновляю шаг.
Наконец подхожу к цели. Открываю покои Баронессы, тут даже табличка есть. «Поклонись при встрече с владыкой Песка».
Захожу. Сразу морщусь от зловония, прикрываю нос.
Преодолеваю стенку, и… Вижу… Их.
— Боги… — само сорвалось с моих губ. — Уже давно покинули это место.
Отвращение, мерзость, праведный гнев, печаль. Слишком много чувств.
Передо мной. На большой кровати. Лежит то, что осталось от Укути и Альфы кровавых волков. Существо. Плод бальной фантазий. Я… Я не хочу описывать это…
Сшитое лицо двух женщин подняло взгляд. Если можно назвать это лицом, и взглядом десяток глаз.
— Х-х-х-х. — хрипит множество ртов. Тонкая ручонка, сравни костям, обтянутым кожей, тянется к прикроватной тумбочке. Там корона с камнем в одной из выемок.
Беру корону. Передаю.
— Х… Х-х-х. — подобие улыбки.
Хватит. Довольно.
Моя рука покрылась звездами, плоть как космос. Прислоняю ладонь к разбухшему животу этого существа.
Один всхлип, один рык, последний вдох.
Ручка разжимается, корона падает на ковер, чуть прокатившись. Укути и Альфа кровавых. Их страдания закончены.
По новой закрываю глаза. Успокаиваю чувства.
И теперь… Направляюсь в подземелье, в логово Атраски. Я иду за тобой. Я покончу с тобой… Хотя бы раз не ради Баланса, но ради самой жизни, которую ты искажаешь.
Каждый удар оборотней раздавался громом по полю боя. Кристи и Первый сражались, затмевая собой всех.
Мазутный без остановки перемещался вокруг волчицы, каждое мгновение сопровождается рассекающим когтем, порой его движения так быстры, что размываются, становятся дымкой.
— Р-а-а! — успевала Альфа. Она успевала отразить каждый выпад.
Когти о когти, искры.
Первый появившись перед лицом, дергает рукой. Поток щупалец сравним с мощью Всепожирающего! Кристи отпрыгивает в сторону…
— А-а-а-а! — другие солдаты армий Баланса не успевают. Пять тел, пять жизней были оборваны мгновенно, насаженные на месиво отростков.
— Зараза. — сжимает зубы Альфа. Хочет накрыть врага огнем, да вновь понимает, зацепит своих. — Р-р! — прыжок! Приземлилась на крышу.
— Уже убегаешь? — наклонил голову мазутный.
— ХА! — волчий оскал. — Твой бог — ничтожество, как и Атраски! — играет Кристи, пародируя манеру речи кровавых. — Ха-ха! Бог войны правильно поступил, унизив ваш клан! — двигает когтями. — Такие бесполезные существа не достойны ни жизни, ни любви.
— Р-р-р. — закипает Первый.
— Что она делает? — шепчет Треза.
