Последняя тайна полностью

— Начнем с того, что у них крайне разнообразная деятельность в различных областях знаний. Они много инвестируют в исторические исследования: от археологии до палеографии. Естественно, специализируются они на Ближнем Востоке, в частности по всему региону Святой Земли. Насколько я поняла, у них прекрасная коллекция артефактов библейских времен. Но они при этом много вкладывают в исследования и в других областях знаний, создав специализированные лаборатории в таких разных сферах как, например, физика частиц и медицина, — она даже присвистнула от восхищения. — Dio mio[41], это же целая Вселенная!

— Но чем они руководствуются? Какова их философия? Чисто «ученое» любопытство?

Валентина показала первую страницу документа, который закончила читать. Там был логотип — фраза, написанная готическим шрифтом. Она стала читать ее вслух:

— Über alien Gipfeln ist Ruh, in alien Wipfeln spürest du kaum einen Hauch; Die Vögelein schweigen im Walde. Warte nur, balde. Ruhest du auch.

Томаш даже замер на те секунды, пока итальянка читала.

— И что значит эта ерунда?

— Горные вершины спят во тьме ночной, тихие долины полны свежей мглой; Не пылит дорога, не дрожат листы… Подожди немного, отдохнешь и ты[42].

Историк не верил своим глазам.

— Вы так хорошо владеете немецким?

Итальянка рассмеялась и снова показала Томашу ту же страницу.

— Вот перевод на итальянский — здесь, внизу, видите?

Теперь и португалец улыбнулся.

— Ну, тогда ясно. А стихи, впрочем, красивые. Кто их написал?

— Угадайте с трех раз? — и, не давая задуматься, сама же и ответила. — Величайший из немецких поэтов — Гете.

— Заметьте, это не просто стихи, а своего рода гимн пацифизму. Если Фонд Аркана следует своему же девизу, то перед нами исключительно благонамеренная контора.

Гримаса глубокого сомнения появилась на лице Валентины. Она даже палец подняла для вящей убедительности.

— Вот именно: если. Знаете, я с большим недоверием отношусь к тем, кто на каждом перекрестке кричит о своем миролюбии. Иногда они хуже агрессора — за невинными беседами зачастую скрыты весьма зловещие намерения…

Ученый остановился перед ничем не приметным зданием в середине улицы и сверил его номер со своими записями. Затем увидел маленькую позолоченную табличку у звонка, на которой было начертано Arkan Foundation.

— Что ж, скоро станет ясно. Мы пришли! — он нажал на звонок, и звонкая трель электрического сигнала заполнила, похоже, весь дом. Через пару мгновений они услышали приближающиеся шаги, и дверь открылась. На пороге появилась черноволосая девушка и с интересом посмотрела на гостей.

— Shalom!

— Good afternoon, — поздоровался по-английски Томаш, давая понять, что на иврите они не говорят. — У нас назначена встреча с господином Арканом, президентом фонда. Он на месте?

Проверив удостоверения личности визитеров, девушка повела их в холл, где предложила по стаканчику воды. Далее попросила любезно «подождите минутку, пожалуйста» и оставила их одних. Совсем скоро она вернулась и предложила следовать за ней на второй этаж. Там она тихонько постучала в одну из дверей — послышался мужской голос, сказавший что-то по-еврейски, и гостям было предложено войти.

— Добро пожаловать, — приветствовал их у двери мужчина плотного телосложения с густыми, как у Брежнева, бровями. — Я — Арпад Аркан, президент фонда. Чем обязан я счастью принимать итальянскую полицию?

— Извините за беспокойство, — только и сказала Валентина, переходя к делу. — Мы занимаемся расследованием недавней гибели трех европейских ученых при очень странных, на наш взгляд, обстоятельствах.

Заявление инспектора Следственного комитета Италии омрачило радость встречи, судя по переменам во взоре хозяина.

— Ах, да, мне уже говорили! — сказал господин Аркан, переходя на размеренный тон, словно обдумывая каждое слово. — Это совершенно ужасно. Я был в совершеннейшем расстройстве, когда мне об этом сообщили!

— Расследование трех этих убийств и привело нас сюда, в Израиль. Мы, в конце концов, поняли, что пути будущих жертв пересеклись именно в вашей стране, — она сделал паузу, оценивая реакцию собеседника. — И теперь мы точно знаем, что пересеклись именно в этом месте, — она показала на пол. — В Фонде Аркана.

Валентина замолчала, давая возможность президенту как-то отреагировать на это откровение. Осознав, что его поведение подвергается тщательнейшему анализу, господин Аркан глубоко вздохнул и почти расстроенно посмотрел в окно.

— Как-то не задумывался я об этом, — признался он. — Но я действительно был с ними знаком. Пригласил их сюда, в фонд, — он прикоснулся пальцами к настольному календарю на своем столе. — Надо же, позавчера было ровно три месяца. Кто бы мог подумать тогда, что такая трагедия произойдет!..