— Пить будешь? — я кивнула на бокал, из которого Кир не сделал ни глотка. Потом вспомнила и покосилась на живот гостьи. Вот уж не помню, употребляла королева до этого спиртное или нет.
Найдмир подхватила бокал и очень осторожно присела на кровать. Видно было, что пузо доставляет ей неудобства при движении, однако женщина не казалась неуклюжей или излишне отягощённой. Напротив, она двигалась так, словно, показывала нечто, чем очень гордилась. И вот тут я ощутила настоящую зависть. Честно, мне тоже хотелось ощутить, как это, когда внутри тебя первый раз стукнет новое сердце и ребёнок шевельнётся, дёргая ножкой.
Чтобы Найдмир не смогла прочитать дурацкие мысли, я вновь повернулась к окну. Сквозь мутное желтоватое стекло едва пробивались лучи звёзд, а луна напоминала расплывчатое пятно.
— Давным-давно, — сказала гостья, — когда я была совсем маленькой девчонкой, меня первый раз привели на казнь. Папа считал, что королевские дети обязаны знать, как поступают с врагами короны. Я не знала, кто эти оборванные люди, на шеи которым цепляют петли, но думала, что теперь наша жизнь станет легче и безопаснее. Ну, раз врагов стало меньше.
Я повернулась. Найдмир сидела, задумчиво рассматривая своё отражение в зеркале. Я подумала, что за последние дни королева здорово похудела и осунулась. Под глазами появились тёмные круги, а цвет губ потускнел. Тем не менее, в глазах светился тот же доброжелательный огонёк, а в лице не было ни капли высокомерной спеси.
— Шло время, казни продолжались, однако врагов короны не становилось меньше. И я подумала: неужели люди настолько ненавидят нас, королевскую семью, что готовы идти на смерть, лишь бы нам навредить? Я не хотела, чтобы меня ненавидели. И не понимала, за что ненавидят маму и сестёр. Братья и отец — отдельный разговор…
Найдмир сделала маленький глоток и покачала головой. Чёрт, королева делилась со мной сокровенным, пыталась открыть душу. Что происходит в этом распроклятом мире?
Помедлив, я села рядом. Найдмир протянула руку с фужером, и мы чокнулись.
— За понимание. Так вот, я взрослела и мало-помалу начала понимать, что враги короны — по большей части — несчастные простолюды, повинные во всяких мелочах, типа уклонения от налогов или драки с патрулём. Истинные враги находились совсем рядом, сидели за одним столом и выкрикивали здравицу отцу. И что самое странное, папа отлично знал, как они к нему относятся, но терпел их присутствие. По разным причинам.
Найдмир печально улыбнулась, склонив голову к плечу.
— И я подумала, что если бы стала королевой, то всё изменила. Прогнала бы или казнила истинных врагов. Тех, кто ворует из казны, интригует без нужды или пользуется положением в своих целях. А провинившихся простолюдов наказывала бы штрафными работами и прочим, что пойдёт на пользу Кроффу.
— Идеалистка, — проворчала я. — Никогда таких прежде не было у власти. И думаю, не будет.
— Вот и Кир так говорит, — когда я хотела что-то сказать, Найдмир прижала палец к губам. — Молчи! Я много читала и нашла примеры таких же идеалистов. Как правило, они становились жертвами заговоров в первые же годы правления.
Я только кивнула. О чём тут говорить? Если король начнёт шерстить верхушку, да ещё и потворствовать простолюдам — он обречён.
— Но я поняла, как нужно действовать, — королева сделала ещё один маленький глоток, — и это могло сработать только с королевой. Притвориться, будто она находится под влиянием принца-консорта и пока злоба недоброжелателей низвергается на него, сделать своё дело. А потом, я думаю, будет уже слишком поздно.
Я едва не подавилась, изумлённо уставившись на рассказчицу. Она собиралась подставлять Кира, МОЕГО КИРА, под удары заговорщиков?! Да я…
— Молчи и слушай. Таков был план. Но его осуществление казалось невозможным: три старших брата и пара сестёр. Чтобы младшая Найдмир осталась единственной претенденткой, должно было случиться нечто небывалое. Немыслимое. И тем не менее, я готовилась: читала нужные книги, наводила необходимые знакомства, искала уязвимые места у возможных врагов.
Я прищурилась.
— И сколько же тебе было тогда лет, интриганка?
— Шестнадцать. Потом я встретила Кира, вытащила его из пьяного угара и объяснила, чего хочу. Я не собиралась ничего скрывать от того, кто примет основной удар, воплощая в жизнь мои планы. Кир согласился.
Я сделала очень большой глоток, почти опорожнив бокал. Итак, она призналась, а он согласился. У этой парочки имелись узы прочнее наших, с Киром. Кажется, я что-то начинала понимать.
— А потом я полюбила, по-настоящему, — Найдмир пожала плечами. — Уже не той, детской, влюблённостью. А той, когда хочется послать подальше все свои планы по изменению мира и просто остаться с любимым мужчиной. И да, я по-прежнему оставалась шестой в списке наследников.
— И тут началась война, а ты вдруг стала королевой, — медленно сказала я. — И внезапно немыслимое осуществилось. Так что, когда война закончится и ты вернёшься… Вы вернётесь…
