– Я. Никуда. Не уйду! – Девушка шлепнулась на диван, не снимая мокрой куртки. – Что б Вы там себе ни думали, меньше всего я хотела бы жить под одной крышей с бородатым неандертальцем! Но, видите ли, именно этот маяк понравился мне больше всего. И именно эти фьорды и удивительные зеленые утесы привлекли меня своей дикой красотой. Конечно, Вы можете оказаться маньяком, и все закончится для меня очень плохо, но что-то мне подсказывает, что мы чудно заживем.
Она поднялась и обвела глазами помещение, заметив лестницу на второй этаж:
– Я могу жить снизу, так и быть, чтобы не беспокоить Вас по утрам и вечерам, когда буду уходить рисовать.
Эдвард с возмущением уставился на нее:
– Вот уж нет! Даже если Вы и останетесь, мне решать, где Вы будете жить!
Они смотрели друг на друга с искренним возмущением, притом у мужчины промелькнуло в глазах что-то, похожее на уважение вперемешку с плохо скрываемой усмешкой, до такой степени комично она выглядела в этот момент. С взъерошенной копной густых волос, острым сморщенным носиком и яркими карими глазами с удивительно длинными ресницами. Он не выдержал и рассмеялся:
– Вы похожи на воробышка!
Жюли недовольно засопела:
– Ну что ж, раз я все же вызываю у Вас положительные эмоции, может быть, уже покажете мне мою комнату?
Эдвард примирительно поднял руки вверх.
– Ладно, уговорили. Оставайтесь, так и быть. Месяц, Вы сказали? Господи, ну и мучения меня ждут! Слава богу, что я редко бываю дома…
Он заметил вопросительно поднятые брови девушки.
– Я не обязан и никогда не буду перед Вами отчитываться, но так и быть, скажу. В данный момент я не работаю, поэтому занимаюсь, так сказать, морским промыслом. Не для продажи, просто для себя.
– А где Вы берете деньги? Кем были до этого? – Любопытство так и рвалось наружу из Жюли.
Ответом послужил свирепый взгляд:
– Мне кажется, на сегодня достаточно откровений. В любом случае, Ваши деньги мне на счет придут, вот пошикую! – Не удержался он от колкости.
Жюли открыла и захлопнула рот, не зная, как поставить нахала на место. Впрочем, это был его дом и его правила. Раз уж она решилась на такой дикий шаг, придется их соблюдать. Откровенно говоря, не так уж сильно ей хотелось остаться здесь, особенно после неприветливой погоды. Да и жилище могло быть поуютнее: наверняка в этих краях можно и нужно было найти что-то более комфортное. Однако, и она не хотела себе в этом честно признаваться, этот лохматый медведь понравился ей с первого взгляда. И эти его голубые глаза…
– Вот будет умора, – вывел ее из состояния ступор громогласный голос Эдварда, поднимающегося по лестнице с ее мольбертом, – если я все-таки окажусь злостным маньяком.
И раскатистый хохот заполнил собой все помещения.
…
Жюли проснулась от ярких лучей солнца, бьющих прямо в лицо из щели занавески. Вчерашней ужасной погоды как не бывало, а ночь прошла спокойно под теплым одеялом. Странно, но так хорошо ей уже давно не спалось. Видимо такой эффект производил чистый воздух. А возможно крепкий травяной чай, который Эдвард любезно принес ей накануне. Комната на втором этаже была больше похожа на чердак, но в ней было удивительно уютно. Видно, что хозяин заботится о своем жилище. Стоял свежий хвойный запах от нового настила; аккуратно выглаженное белье, которое выдал ей Эдвард, пахло какой-то луговой свежестью, и Жюли показалось, что она вернулась в детство. Такими же вспоминались ей каникулы у бабушки в пригороде Парижа. Не хватало только цветов во всевозможных горшках и вазах. Но и природа здесь иная – суровая, да и не пристало мужчинам цветами заниматься.
Девушка потянулась в кровати. Надо осмотреть весь дом, когда хозяин уйдет. Она еще не исследовала кухню, да и комната Эда, как она из вредности называла его про себя, вызывала у нее определенный интерес.
Внезапно раздался оглушительный звонок. Жюли подпрыгнула в постели и моментально выскочила на лестницу.
– Что случилось?! У нас пожар?!
Она стояла в одном белье, забывшись, с испугом глядя вниз.
– Доброе утро, – недовольно ответил Эдвард, появляясь снизу. – Если мадам будет интересно, это мой будильник. Я живу по будильнику, иначе много можно упустить. Я привык. Нужно вставать рано, в семь, чтобы все успеть.
Он был явно недоволен, но, подняв глаза кверху, застыл при виде полуголой девушки. Жюли же недовольно ворчала себе под нос, развернувшись на пути в комнату:
– Предупреждать надо: может, все приличные люди встают позже. Пф, наверное, это была не очень хорошая идея, вдруг он все же ненормальный, а я…
Она внезапно подпрыгнула, поняв, что он все еще смотрит на нее. Спрятавшись за двери, она высунула голову наружу:
– Видимо, у Вас трое детей, и все рано встают, мистер Маньяк! И всех надо накормить!
