Готов поспорить, что Темная сила даже защищала
Чего никогда не произойдёт в принципе. Никогда. Кара только моя и никогда не будет принадлежать Аркулу.
— Ты голодна? — тихо спрашиваю я. Она выглядит очень бледной и уставшей. Это не нормально для землянки и мне стоит быть очень осторожным с ней и с её возможностями. То, что она может успокоить мою ярость — одно, но при этом сама Кара должна быть в порядке.
— Да. Я сейчас и слона бы съела, — девушка широко тянет губы в улыбке.
— Что? — я хмурюсь.
— На Земле были такие животные. Их, насколько я знаю, не ели, но было такое выражение, — девушка смутилась оттого, что пришлось такое объяснять. — Просто они были одними из больших животных, вот так и говорили…
— Ты скучаешь по своему дому? — я её точно удивляю таким вопросом. Её зелёные глаза смотрят с таким удивлением, что кажется, я не получу ответа.
Но Кара всё же кивает:
— Я скучаю по своим родителям и сестре. Если я и правда провела в криокапсуле столько времени, они могли состариться. И умереть своей смертью. Так что, грубо говоря, всё равно — уничтожил кто-то жизнь на Земле или нет. Я бы с ними всё равно не встретилась.
— Ужасно существовать в этом мире всего несколько звёздных месяцев, — задумчиво произнёс. — Я узнаю, как далеко мы от Теври, и вернусь.
— Что? Мы не летим на Лакрас? Почему? — сглотнула девушка.
— Я не хочу, — коротко отвечаю, пожав плечами.
Ухожу, чтобы не сорваться. Соблазн снова поцеловать её губы — велик. Она вся манит меня, и противостоять этому сложно, почти невозможно. Потому мне снова придётся держать безопасное расстояние между нами. Едва она станет моей ал-аури, а я сам не стану для неё безопасным, я не могу даже касаться её. Но после…
Видение прошлого опять перед глазами. Я не вижу коридора, по которому иду к капитанскому мостику. Единственное предательство Анзаи когда-то чуть не стоило мне рассудка. Я не мог представить жизни без
Мой отец, Айларен, и его брат, Ишекрит, когда-то были заклятыми врагами и всё это за сердце той, которая любила их обоих сильно и безусловно. Они успокоили свои нравы и перестали ненавидеть друг друга только после её смерти. А мы с Аркулом стали теми, кто до сих пор не может договориться и примириться. Из-за силы, которая внутри обоих бушует, из-за его мнения, касаемой Анзаи. Из-за удивительной схожести и темперамента, из-за Кары теперь…
Мы оба хотим ею обладать. Такое одинаковое и сильное желание очень злит. Любое его прикосновение к Каре и я готов его убить на месте. Задушить, даже не замечая, что он, словно мой ненавистный брат-близнец, душит меня так же сильно, окутывая своим ледяным даром. Все дела сейчас обсуждаются сухо и в присутствии той же Анзаи. Или отцов.
Мы не можем договориться. Как было ещё в деле о виновности Анзаи. Аркул защитил названную сестру, рискуя своим титулом и получив от Ишекрита предупреждение. Как бы он не любил Анзаи, найденную много лет назад на заброшенных рудниках; нашу мать, Ишекрит любил больше.
Как бы я не был влюблён в Анзаи когда-то… Сколько бы раз не бегал ото всех, чтобы сорвать её поцелуи… Сколько бы раз не хотел доказать, что в Империи Этериум существуют чувства… То, что она совершила, раз и навсегда решило её судьбу. Теперь ей никогда не стать императрицей.
И даже Аркул ей не поможет. Наверняка, он будет против.
Он сейчас горит в похожем огне. Невыносимом и сжигающем всё на своём пути. Он заставляет кровь закипеть в венах. Холодный нрав и рассудительность заменяется глупыми поступками и желанием обладать землянкой. Уверен, каждое прикосновение к Каре он прекрасно помнит.
Потому что наша с ним сила хочет Кару. Она тянет нас обоих. Заставляет голодно тянуться к особенной землянке и хотеть её укрыть собой ото всех бед и опасностей. И он, и я отдадим за неё жизнь. Хоть это и не правильно, безответственно для этериумцев нашего уровня и статуса.
Браслет неприятно вибрирует, и я открываю экран, чтобы увидеть кто мне мешает думать. Аркул.
Надо же.
Отвечаю, свернув к выгнутому окну, которое сейчас закрыто, ибо мы летим на гиперскорости. В таких режимах корабль сам может перестраиваться на нужные ему режимы и работать только на то, чтобы случае атаки защитить всех внутри. Умный интеллект сейчас встроен буквально во всю технику.
Мне стоило всего лишь указать, что Каре не нужно знать, и интеллект сам скрыл много нужной ей информации.
Возможно, слишком много.
— Что с ней? — без приветствий и официальных извинений, шипит в экран Аркул. Как бы то ни было, он угрожал
— А что? Есть причины переживать?
