Медленно я повернула голову. Остин… Его лицо утопало в крови, густой, тёмной, стекающей по волосам. На щеке и лбу зияли две глубокие раны. Он не шевелился. Его неподвижность сейчас била по мне сильнее любой другой боли.
– Остин? – мой голос прозвучал чуждо, сдавленно, словно я пыталась говорить под водой. Я сглотнула и попробовала снова: – Остин!
Собрав остатки сил, я потянулась к нему, но как только мои мышцы напряглись, боль вспыхнула с новой силой. Она отозвалась в каждом нерве, пронзая рёбра как тысячи игл. В ушах звенело так громко, что это заглушило мои мысли.
– Лео… Лео, ты жив? – голос дрожал, срывался на всхлипы. Слёзы начали скатываться по моему лбу, вмешиваясь с волосами и пылью.
Я снова повернулась к Остину. Его неподвижность разрывала моё сердце на части. Стиснув зубы, я толкнула его плечо, но это было похоже на попытку сдвинуть каменную статую. Он не реагировал.
– О боже, – слёзы хлынули потоком, замутняя всё перед глазами. – О боже, нет-нет-нет…
Я вытерла лицо тыльной стороной ладони, но это совсем не помогло избавиться от густой пелены. Мой взгляд снова метнулся к Остину, и тогда я заметила. Его грудь… она едва заметно поднималась. Он дышал.
– Чёрт… – выдохнула я, чувствуя, как слабая волна облегчения прокатывается по телу.
– Мэди, – раздался дрожащий голос Джесси.
Я обернулась, даже не заметив, как мои руки начали дрожать ещё сильнее.
– О боже, Джесси, – мой голос срывался на шёпот, пропитанный рыданиями. Я захлёбывалась от слёз, которые, казалось, заполняли не только глаза, но и лёгкие. – Ты как?
– Я… я в порядке, – её голос сильно дрожал, но всё же это было подтверждением тому, что она здесь, что она жива.
– Где Лео? – я выдавила из себя, но сама не понимала, кричу я или говорю слишком тихо. Ушам всё ещё не хотелось доверять, они были забиты звоном, как будто я стояла под грохочущим водопадом.
– Он здесь. Он в порядке, но… – её голос сорвался. – Кажется, он без сознания.
– Ладно… – мой голос треснул, эмоции перекатывались через край. Слёзы всё ещё лились, мешая увидеть что-либо перед собой. – Хорошо.
Резкий удар по машине заставил меня вздрогнуть и закричать. Стекло рядом с моим лицом треснуло и разлетелось на мелкие осколки. Я повернула голову и меня сразу же охватил парализующий ужас.
Прет. Один из тех мерзких тварей, выбежавших перед машиной. Он с громким шлепком рухнул на землю возле моего окна. Его пустые чёрные глаза смотрели словно сквозь меня, а обрубок руки бессильно волочился рядом. Но вторая, когтистая, живая, двигалась быстро. Он потянулся ко мне, разрывая воздух своими движениями, как хищник, нашедший жертву.
У меня не оставалось другого выхода. Стиснув зубы так, что в висках застучало, я дёрнулась к замку ремня безопасности. Пальцы дрожали, будто принадлежали не мне, а кому-то чужому, плохо управляемому. Они соскальзывали, цеплялись за острые края пряжки, но, наконец, я услышала тихий щелчок. Ремень ослаб.
Я рухнула вниз, как камень, вырвавшийся из пращи, и с глухим стуком ударилась спиной о стекло, усеянное мелкими осколками. Боль вспыхнула во всём теле, пронзила рёбра, обожгла спину, раскатившись яркой волной, от которой воздух моментально покинул мои лёгкие. Вскрик сорвался с губ, острый, непроизвольный, пока я хваталась за воздух, пытаясь вновь обрести дыхание.
Я попыталась перевернуться, но в этот момент прет схватил меня за руку. Он сжимал её так сильно, что начало казаться, что мои кости вот-вот треснут и разлетятся в мелкие щепки. Он тянул меня к своей пасти, из которой сочились чёрные, густые слюни, капающие на землю, машину, стекло. Я попыталась вырвать свою руку, но у меня не получалось. Он лишь сильнее сжимал её и тянул на к себе. Боль от его хватки на мгновение ушла на второй план, когда в моих венах разлился адреналин.
Пистолет.
Мысль ударила как ток. У меня был пистолет. Моё сердце гулко билось в груди, когда я потянулась свободной рукой к карману кофты, нащупывая холодный металл. Пальцы сильно дрожали, но я вытащила его, сняла с предохранителя и нацелила прямо в его отвратительную пасть.
Стиснув зубы, я нажала на курок.
Грохот выстрела разорвал воздух, оглушая меня, но сейчас это был единственный звук, который я хотела услышать. Пуля пробила голову прета, заставив его дёрнуться и замереть. Его тело и хватка ослабли, и я выдернула руку. Я отодвинулась от разбитого окна, сквозь боль пытаясь понять, что делать дальше. Холодный воздух врывался внутрь, обжигая кожу, а запах бензина становился невыносимо резким.
Оглянувшись, я увидела Лео, который всё ещё висел вниз головой на своём ремне безопасности. Его лицо было бледным, но, слава богу, на нём не было крови.
Но облегчение было недолгим. Глухой стук, сопровождаемый скрежетом когтей по металлу, заставил меня снова обернуться. На месте первого прета появился ещё один. Он выглядел ещё уродливее: глаза, утонувшие в тени, скалились мёртвым блеском, а когти скребли по телу своего сородича, разрывая его плоть в попытке добраться до меня. Он издал низкий, гортанный рык, полный голода.
