– Да, но бензин почти на нуле, – произнёс он вполголоса и немного сбавил скорость. – Я не успел заправить машину. Планировал сделать это перед отъездом, но эти проклятые твари… – он махнул рукой и с силой стукнул ладонью по рулю, вымещая на нём всю ярость последних минут. – У нас не так много времени, чтобы оторваться от них на безопасное расстояние до того, как закончится топливо.
– Что значит «закончится топливо»? – вдруг выкрикнула Джесси. По её тону было понятно, что она уже на грани истерики. – Что это значит?! – её голос срывался и дрожал, а здоровая рука с силой цеплялась за спинку сиденья Остина, словно таким образом она хотела удержаться от падения в бездну страха.
– Дже… – спокойно начал Остин, но не успел договорить.
– Не надо этого «Джесси»! – резко перебила она, её глаза метали острые молнии, полные страха и отчаяния. – Я только и слышу своё имя от вас двоих: «Джесси, Джесси…»! – она истерично передразнила нас, а затем, срываясь, выкрикнула: – Мы все здесь сдохнем из-за тебя, Остин!
– Заткнись, Джесси! – не выдержав рявкнула я, резко оборачиваясь к ней.
Слёзы потоками стекали по её щекам, и я заметила, как кровавое пятно начало проступать сквозь её кофту. Не знаю, когда она успела повредить её, но, казалось, ещё немного и она истечёт кровью.
– Прости, – тихо проговорила она, опуская голову и откидываясь на спинку. Её плечи заметно дрожали, а голос прозвучал так тихо, что едва смогла разобрать, что она сказала.
Время, казалось, сильно замедлилось. Мы все молчали, осознавая, насколько тонкой сейчас была эта грань между жизнью и гибелью. Всего один неверный шаг, мгновение слабости – и нас уже нет.
– Крики нам сейчас не помогут, – начала я, стараясь, чтобы голос звучал ровно, хотя внутри всё тряслось от страха. Паника подступала, холодными пальцами сжимая грудь, а усталость тянула вниз, грозя поглотить с головой. Но я не могла позволить себе поддаться этим чувствам. – Мы все напуганы. Но если ты продолжишь истерить, то мы просто не доберёмся до безопасного места. Нам нужно держаться вместе, – добавила я, снова поворачиваясь и внимательно глядя на Джесси, надеясь, что мои слова смогут достучаться до её сознания. На последней фразе голос стал тише, чем я рассчитывала, но всё же звучал достаточно твёрдо. – Сейчас не время винить друг друга в чём-либо. У нас есть шанс выжить, если мы будем действовать слаженно.
Вновь наступила тишина, тяжёлая, как свинец. Казалось, даже шум двигателя и гул дороги отступили на второй план, уступая место звенящему молчанию. Джесси ещё сильнее опустила голову не в силах поднять на меня глаза. Сделав глубокий вдох и отвернувшись к дороге, я посмотрела на Остина. На мгновение он прищурился, не отрывая взгляд от дороги. В его глазах мелькнула тень сомнения, но он быстро её подавил.
– Сколько у нас времени до того, как закончится топливо? – спросила я, с трудом удерживая голос ровным. Я понимала, что сейчас самое главное – сохранять трезвый рассудок.
– Минут пятнадцать, если повезёт, – коротко бросил Остин.
– Этого хватит, чтобы найти укрытие? – продолжила я, надеясь, что ответ окажется обнадёживающим.
Остин нахмурился, его пальцы вновь побелели от силы, с которой он сжал руль.
– Если будет что-то поблизости… – тихо ответил он, словно сам не верил в то, что сказал.
Я вдохнула, стараясь прогнать волну дрожи, охватившую тело. Непроизвольный холодок пробежал по моей коже, но я стиснула зубы и заставила себя сосредоточиться.
– Впереди есть мост, – спустя несколько секунд продолжил Остин, указывая пальцем вперёд. – Если мы сможем его пересечь, есть шанс, что у нас получится частично сбросить их с хвоста. Но если нет… – он замолчал, словно произнести конец этой фразы было выше его сил. Но смысл и так был ясен: мы окажемся загнанными в угол без единого шанса на спасение.
Я сжала кулаки, пытаясь прогнать панику, сдавливающую грудь. Мост. Это слово звучало как спасение, но на вкус оставалось горьким, как зола.
Я повернула голову и посмотрела в окно. Позади нас всё ещё стелилась дымка поднятой пыли, но претов уже не было видно. Это должно было принести хоть каплю облегчения, но… нет. Их исчезновение из поля видимости казалось лишь затишьем перед бурей, перед чем-то ещё более ужасным.
Мы мчались вперёд, машина рычала, подскакивая на огромных выбоинах, как раненый зверь, из последних сил несущий нас вперёд. каждая кочка, каждый удар колёс по неровной дороге отдавались в теле болезненной пульсацией.
Впереди, за лёгкой дымкой, всё более явно начали проступать очертания моста. Он стоял, как призрак прошлого, полуразрушенный, словно изуродованный гигант, которому не хватило сил выдержать вес времени. Лишь покорёженные стальные балки удерживали эту хрупкую конструкцию над пропастью.
– Он… – начала я, всматриваясь в зияющую дыру в центре моста. Моё сердце замерло, когда я осознала, насколько всё плохо.
