Той ночью у императора неожиданно пошла кровь из носа и изо рта, при этом он жаловался на сильную боль в груди. На следующее утро ему стало еще хуже. Когда двое его помощников дали ему одно медицинское снадобье, чтобы попытаться остановить кровотечение, Титу Куси, к их ужасу, парализовало. После чего он моментально испустил дух.
Присутствовавшие при всем этом туземцы был и охвачены горем и ужасом; вдруг им пришла в голову мысль, что к этому должен быть как-то причастен монах Ортис. В конце концов, он был испанцем, и почти на этом самом месте другие испанцы убили отца Титу. Кроме того, лишь год назад монах осквернил одно из инкских святилищ. Хотя Ортиса не было рядом с Титу Куси, когда ему стало плохо, этот факт не мог иметь большого значения для населения, которое часто увязывало болезнь с колдовством; известно было, что колдуны могут убивать на расстоянии. Ортис часто оказывал помощь больным, исполняя некие странные на вид ритуалы и говоря на языках (латинском и испанском), которые туземцы не понимали. Ортис соответственно был сочтен туземцами колдуном, или омо.
Разбушевавшаяся толпа схватила монаха, заломила ему руки и связала их за спиной так сильно, что у него оказалась вывихнута кость. Сорвав с монаха одежды, толпа начала кричать, что Ортис убил Сапу Инку; туземцы стали избивать его руками и дубинками. Той же ночью туземцы оставили обнаженного избитого монаха на холодной земле, периодически поливая веревки, чтобы те разбухли и причиняли монаху еще б
На следующий день мучители Ортиса поволокли его в Пукиуру, в церковь, которую выстроил монах Гарсия. Поскольку оба монаха часто заявляли, что их Бог имел силу возвращать мертвых к жизни, туземцы потребовали теперь от Ортиса, чтобы он вернул к жизни Титу Куси. Освобожденный от веревок, обнаженный монах еле-еле добрел до церкви, надел на себя какие-то одежды и затем начал читать обедню, надеясь как-то успокоить все еще разъяренную толпу. Вдали от Куско и от своих соотечественников, окруженный толпой враждебно настроенных туземцев, рядом с телом Титу Куси, монах Ортис многократно взывал к Господу, вне всякого сомнения, надеясь получить от Него какую-то помощь. Туземцы между тем нетерпеливо ожидали появления признаков жизни со стороны тела умершего императора, грозя убить Ортиса, если Титу Куси не пошевелится. Когда туземцы увидели, что монах закончил читать обедню, перекрестившись во имя Отца и Сына и Святого Духа, и при этом Титу не пошевелился, они в возмущении вновь схватили монаха и связали ему руки, требуя от него ответа, почему Бог Ортиса не вернул императора к жизни. Монах из ордена мерседариев[48] Мартин де Муруа писал:
«Он [Ортис] ответил, что Творец всего сущего, каковым является Бог, мог сделать это, но что [Титу Куси] не вернулся, поскольку на это не было воли Господа, — что [Бог], вероятно, не захотел, чтобы Инка возвращался в этот мир».
Ответ монаха явно был не таким, какой хотели услышать туземцы; они поволокли Ортиса к большому кресту, стоявшему вблизи церкви, привязали монаха к нему и начали сечь. Затем они заставили несчастного монаха проглотить отвратительное пойло, содержавшее мочу, смешанную с другими непотребными веществами. Вне всякого сомнения, помня о том, что за убийство Ортиса, возможно, придется отвечать, толпа решила отвести монаха в Вилькабамбу — город, куда испанцам доступ был закрыт по распоряжению Титу Куси. Продев шнур через отверстие, сделанное туземцами в кости нижней челюсти Ортиса, туземцы потащили обнаженного монаха за собой. В Вилькабамбе младший брат Титу Куси, Тупак Амару, должен был решить судьбу монаха. Ныне Тупак Амару стал новым инкским императором.
Если предыдущий поход Ортиса в Вилькабамбу был ужасным, то нынешний был еще многократно хуже. Опять был сезон дождей, и измученный и израненный монах, как только мог, старался держаться на своих кровоточащих ногах, еле передвигаясь по скользкой тропе, постоянно падая на колени и восклицая: «О Боже!» На протяжении двух дней туземцы гнали человека, подозреваемого в убийстве императора, по труднопроходимой тропе, останавливаясь на отдых только ночью. Наконец на третий день в деревне Марканай, в нескольких милях от столицы, процессия остановилась; туземцы отрядили несколько представителей, с тем чтобы они обсудили ситуацию с Тупаком Амару, от которого зависела судьба пленника.
