Прибывшая с императором армия сосредоточилась у Могонциака, а сам он, возможно, ещё посетил Нижнюю Германию, где сменил легата Гая Флавия Юлия Латрониана, бывшего консула и сенатора, всадником Гаем Фурием Сабином Аквилой Тимесифеем. Последний явно хорошо проявил себя на посту прокуратора провинции Сирии-Палестины и в качестве Exactor Reliquorum Annonae Sacrae Expeditionis. Последняя должность предоставила ему необходимые полномочия для сбора продовольствия и других ресурсов на войну с Ардаширом. Его наградой была аналогичная должность на Рейне, которая сочетала в себе полномочия исполняющего обязанности наместника (вице-презида) и прокуратора всех имперских владений в Бельгике и двух Германиях. Это давало ему власть собирать припасы и ресурсы из этих провинций, имея тот же ранг, что у наместников Верхней Германии и Бельгики. Он также командовал двумя легионами Нижней Германии – I Minervia p.f. и XXX Ulpia Victrix, и всеми ауксилиями. Должность Тимесифея называлась Procurator patrimoni provinciarum Belgica et duarum Germaniarum ibi vice praesidis provinciae Germaniae Inferioris. Сделать возможным назначение Тимесифея командующим легионами при сохранении его статуса всадника, вероятно, было главной целью Юлии Мамеи, а добиться для него назначения прокуратором – еще одно доказательство доверия, которое она ему оказывала. Пфлаум считает, что Тимесифей оставался всадником, скорее всего, по собственному выбору. Он вполне мог быть избран в сенат и, таким образом, получить право быть назначенным преторианским
Реакция сената на такое назначение была проигнорирована. Однако, когда Тимесифей выполнил свою задачу наведения порядка в Рейнских провинциях, а мирные переговоры были в самом разгаре, в качестве подачки сенату, Тимесифей был заменён в конце 234-го или в начале 235 года выдающимся сенатором Гаем Мессием Квинтом Траяном Децием, более известным как будущий император Деций, переведённым из Нижней Мёзии. Но, в любом случае, мы видим, что при возникновении кризиса, в Германии, как важнейшие провинции для безопасности империи, были направлены лучшие люди Рима.
Латрониан же никак не пострадал, благополучно вернулся в Рим и ещё успел побывать префектом города около 243 года.
Ну, а насчёт легата Верхней Германии, выдвинуто такое предположение. В те годы в Германии служил малоизвестный нам человек. Его звали Тиций Квартин. Геродиан описывает его как «одного проконсульских друзей Александра». После убийства Александра он был уволен со своего поста, но, по-видимому, остался в провинции и был провозглашён императором, несмотря на его явное нежелание, неким Македоном, трибуном осроенских лучников. Мятеж не удался, хотя и продолжался полгода, и однажды Македон убил своего протеже ночью в палатке, чтобы оправдаться перед новым императором Максимином, но тот казнил Македона как предателя, а имя Квартина было стерто с надписей. Так вот, было высказано предположение, что стертое имя на надписи, сделанной где-то после 225 года, командиром легиона I Minervia p.f. – «Квартин», соответствует будущему узурпатору. Значит, Тиций Квартин был легатом легиона в Нижней Германии. Возможно, потом он участвовал в Персидской войне как препозит нижнегерманской вексилляции или в другом качестве. Не случайно, за него высказались осроенские лучники. В любом случае, Квартин должен был показать себя перед Александром с лучшей стороны, результатом чего стал высокий пост. Сначала предположили, что к 235 году Квартин стал легатом Нижней Германии. Однако убедительные эпиграфические свидетельства подтверждают пребывание Тимесифея и Деция на этом посту в это время. Но и текст Геродиана ясно показывает, что должность «проконсула» была официальным постом, занимаемым Квартином, а не какими-нибудь неофициальным членством в consilium principis, а также то, что Квартин был достаточно важен, чтобы называться другом императора, да и то, что с ним считались в войсках как с потенциальным императором. Отсюда возникло следующее предположение, что именно он сменил Секста Катия Клементина Присциллиана на посту наместника Верхней Германии в 234 году. Однако, это всего лишь предположение за неимением лучшего. Не забудем, кстати, что наместник Верхней Германии не имел титула «проконсул», а был лишь пропретором [Геродиан VII, 1. (9-11); Капитолин. Два Максимина XI, 1–8].
