Гражданское строительство было отражено в монументализации, наблюдаемой в храмовом строительстве, которое закончилось только в середине III века. Сельский районы вокруг сирийских городов также, по-видимому, разделяли это процветание. Великолепно сохранившиеся римские высокогорные деревни к востоку от Антиохии продолжали расширяться вплоть до 250 года. Об их богатстве свидетельствовало увеличение числа прессов для оливкового масла и местный обычай указывать год постройки на каждом здании. Даже война с Сасанидами в 230-х годах нашей эры, по-видимому, не повлияла на доверие местного населения, которое продолжало вкладывать средства в посадку оливковых деревьев, которым требуется значительное время, чтобы созреть, прежде чем они принесут плоды. Большинство сельских районов было заселено свободным крестьянством и ветеранами, сосредоточенными вокруг различных городов, обозначенных как колонии. Это видно в чеканке таких городов, как Иераполис и Карры, которые несут изображения храмов наряду с военными штандартами, поскольку тамошние ветераны поклонялись местным божествам в храмах, украшенных военными знаменами, под которыми они служили.
Город Дура-Европос на Евфрате дал учёным множество артефактов, сохранившихся из-за засушливых условий местности и заброшенности после разграбления Сасанидами в 257 году. Языческий храм, посвященный Зевсу Теосу, расположен недалеко от еврейской синагоги и частного дома, который, похоже, был преобразован в христианскую церковь. Там сохранилась плохо выполненная фреска, датируемая 232/233 годом и изображающая «Доброго Пастыря» вместе с Адамом и Евой над бассейном, который служил купелью. Другие картины вокруг стен разделены на верхний и нижний регистры. На нижнем изображена процессия женщин с факелами, приближающихся к саркофагу. Фреска интерпретируется как «жёны-мироносицы». Верхние иображения сильно повреждены, но, кажется, показывают Христа, идущего по воде, и исцеление хромого. Есть изображение женщины у колодца и Давид, сражающийся с Голиафом. Близкое соседство христианских, языческих и иудейских культовых сооружений в одном месте представляет собой физическое подтверждение открытой политики на окраинах империи.
Христианство уже заложило прочные основы и в других областях греко-римского Востока. Кесария, столица сирийской Палестины, превратилась при Оригене в великий центр христианской науки, соперничавший с Иерусалимом. Мимолетные упоминания в произведениях ряда христианских писателей свидетельствуют о том, что в окрестностях Кесарии и Иерусалима существовали многочисленные христианские общины.
Похожее социально-экономическое положение, на первый взгляд, существовало и в римской Малой Азии. Количество аттических надписей, обнаруженных в Лидии с датировкой ок. 220–230 гг. показывает лишь небольшое снижение по сравнению с пиком при Антонинах. Однако другие исследования ясно показывают, что местные элиты, как и в Египте, все более неохотно занимали муниципальные должности. Это отражено в резком снижении благодарственных надписей после 220 года. Некоторые города, такие как Афродисиас в Карии, по-видимому, продолжали страдать от депопуляции, вызванной чумой Антонина, что в результате повлияло на их финансы и доходы. Сельская беднота в лидийских деревнях жалуется на невыносимое бремя, возлагаемое на них фрументариями, коллетионами (сборщиками налогов) и стационарами (солдатами). Попытки государства обеспечить свою долю все более скудных ресурсов привели к быстрому ухудшению положения бедноты. Споры по поводу налоговых обязательств стали обычным явлением. Надписи фиксируют, например, длительный юридический спор между двумя деревнями, Аносса и Антимахия, с 213 по 237 год. Обе стремились сократить свои обязательства по предоставлению государству животных для использования на дороге, проходящей через их территории. Ответственность каждой деревни основывалась на длине отрезка дороги, проходящего по её территории. Поскольку обе деревни входили в состав большого императорского имения, дело рассматривалось целым рядом прокураторов. После вынесения первого приговора проигравшая деревня обратилась к преемнику прокуратора. В результате, дело слушали три разных прокуратора, которые написали серию писем в деревенские советы, пытаясь добиться исполнения их решений. В какой-то момент был назначен солдат, чтобы обеспечить исполнение приговора и защитить Аноссу от нападений со стороны ее соперницы. В Малой Азии есть много надписей, в которых говорится о назначении таких солдат (стационаров) для поддержания порядка, подавления бандитизма или обеспечения выполнения правительственных решений. Что-то вроде наших участковых.
