Когда тропинка оказалась слишком узкой, Ивэн пропустил ее вперед, втайне порадовавшись этому. Он заметил, что та держится в седле с достоинством знатной леди. Ее медно-золотистые локоны рассыпались по плечам, и она вовсе не стыдилась этого. Он думал о ее лукавых зеленых глазах, о точеном и немного вздернутом носике, о белой коже — она была совсем не похожа на дочку мельника. Красота Мириам была куда более изящна. Он не видел подобной девушки на скудных гравюрах и фресках, украшающих стены монастыря. И она приветливо улыбалась ему.
Ивэн никак не мог понять, почему именно Мириам стала спутницей Моргана. Разве в Дагмере ни один крепкий и куда более стойкий мужчина не решился последовать за ним? Ивэн заприметил, сколько шрамов на его лице и руках. Ему виделось, что Морган честолюбив, тщеславен и ярость его бывает неудержима. Но чем больше он находился где-то рядом, тем интереснее было узнать его. Мириам совсем не боялась этого грозного на вид лорда, даже назвала его героем, и Ивэн понимал, что тот вряд ли желает причинить зло кому бы то ни было, если этого можно избежать.
Отправляясь в дорогу со своими спутниками, юный Бранд предполагал, что та не будет долгой. Когда над лесом поднялась полная луна, он ощутил, как на него наваливается усталость. Лес окутала тьма и все сложнее становилось противиться ей. Ему никогда не приходилось проводить в пути так много времени. Его веки тяжелели и мир вокруг терял свои привычные очертания. Он видел перед собой двух всадников, и лишь поэтому все еще находил в себе силы двигаться вперед.
— Остановитесь! — вдруг потребовала Мириам. — Прислушайся, Морган.
— Все спокойно, — ответил тот, не подумав остановить своего коня. — Неужели ты думаешь, что я не почуял бы опасность?
— Прислушайся, — упорствовала она.
Звенящая тишина нарушалась лишь звуками леса — шелестом листьев и скрипом сухих веток на ветру. Ивэн первый потянул поводья, Морган сделал это с явной неохотой, не видя причин для беспокойства. Он где-то вдалеке, когда стих непрерывный бой копыт, зазвучал охотничий горн.
— Отступники, — проговорила Мириам с плохо скрываемым страхом в голосе. Она нагнала юношу и накинула капюшон на его голову. — Что бы ни случилось, не смотри на них! Никто! Никто не должен видеть твоего лица! Если кто-то заговорит с тобой, заклинаю — молчи!
Они так и остановились на перекрестке, удерживая своих коней. Звуки, издаваемые горном, становились все громче и резче. Всюду слышались голоса.
— Держи крепче поводья, Ивэн, — приказал Морган. — Если мы попробуем скрыться, они бросятся за нами.
— Если они нападут, мы не выстоим, — проронила девушка и тотчас прикусила губу.
— Никто не знает, что ты слаба. Они не посмеют.
— Так громко… Невыносимо! Там что-то мерзкое. Какое-то отвратительное зло среди них. Спаси, Создатель! — зашептала Мириам, когда среди деревьев показались всадники. Они появлялись из тени леса, смеялись и подбадривали друг друга, предвкушая нечаянную добычу.
— Это Бранд! — крикнул один из них, неведомым образом разглядев мага издалека. Другой ответил охотничьим кличем, подобным тому, каким натравливают собак на преследуемого зверя. Третий зашелся в новом приступе хохота. Немыслимый клубок шума рассыпался по перекрестку пятью гогочущими всадниками.
Ивэн едва сдерживался оттого, чтобы пришпорить своего коня, но помнил, что сказал дядя. Их было всего трое, и только один — тот, у кого была его сила и меч. Мириам была слаба и при ней нет оружия, кроме тяжелого кнута за поясом. У него же не было даже ножа, и он не понимал, почему Морган так тверд и спокоен.
— Право же, вот это нежданная встреча, — когда появился шестой, на миг всех присутствующих накрыла тишина. Не чувствуя никакой опасности, он легко спешился, и было слышно, как примялась опавшая листва под его сапогами. — Везешь нового раба в Дагмер, Морган?
— Приветствую тебя, Гален.
— Эй, помнишь меня, королевский прихвостень? — закричал один из разбойников. — Может, ты хочешь узнать какого цвета теперь моя кровь?
— Закрой свой паршивый рот, пес, — проговорил шестой всадник. Он прошел мимо Ивэна, и тот узрел лишь край его плеча. Вспомнив мольбу Мириам, он крепко зажмурил глаза и обратился в слух.
— У нас нет ничего, что могло бы вызвать твой интерес, твой или твоих… — Морган умолк, пытаясь подобрать верное слово, чтобы ненароком не задеть чувства шайки головорезов.
— Друзей. Это мои друзья, дядюшка. У тебя есть то, что интересно мне больше золота, — он вдруг склонился в нарочитом поклоне, обращенном к Мириам.
— О, будь любезен, не прикармливай меня своей лестью, — прошипела девушка, но ее слова заглушил резкий пьяный гогот разбойников.
Темноволосый парень подошел к ее лошади и запустил свои пальцы в ее жесткую гриву. Животное, беспокойно переминающееся на месте, вдруг замерло. Он смотрел на Мириам снизу вверх, и она видела, как в ночной тьме блестят его хищные глаза.
— Довольно! — вдруг крикнула она, резко дернув поводья.
Гален отступил на шаг, когда лошадь, выбила из седла девушку и, словно взбесившись, дернулась вперед. Ее понесло галопом прямо в дебри.
