Ее пугает этот взгляд, по позвоночнику бежит страх от этой улыбки, но, тем не менее, она не может оторвать взгляд от его лица, красивого, тонкого, правильного. Сама не поняла, в какой момент сердце начало отбивать бешеный ритм, кисти рук мелко задрожали, но это уже был не чистый страх, прибавились еще и неуверенность, смущение. Лира отчаянно тряхнула светловолосой головой, пытаясь прогнать позорные для суккуба чувства и сладко улыбнувшись, вновь промурлыкала:
— Хочешь, составлю компанию, красавчик?
Ниас молча разглядывал демоницу, идеальное лицо, грива светлых волос, стройная фигура с весьма выдающимися формами, и посмеивался про себя, она не могла вызвать влечения в ангеле.
— Я не по зубам тебе, милая. — хрипло ответил он, как бы невзначай быстрым движением скользнув по губам языком.
Лиру словно ток прошиб, настолько соблазнительно у него это получилось, что не устояла она, суккуб.
— А! — неуверенно рассмеялась демоница — Так, ты инкуб! Извини, коллега, не признала.
— Можешь думать так, если тебе от этого легче. — равнодушно разрешил незнакомец и, отвернувшись от нее, проглотил залпом рюмку крепкого, не поморщился, не сбился с дыхания.
Ей бы встать и уйти, продолжить охоту и закончить эту ночь, как и всегда, но она продолжала сидеть возле него как пришитая, сама не понимая, почему не уйдет, и продолжала смотреть. Даже не сразу сообразила, когда серебристые глаза снова обратились к ней.
— Чего тебе?
Суккуб растерянно посмотрела ему в лицо, и, неожиданно даже для себя, спросила:
— Тебе хоть жить есть где?
— С чего ты взяла, что негде?
— Твоя одежда… — она неловко потупилась — Будто с чужого плеча, это не твоя одежда. И волосы, они давно не мыты, хоть и выглядят неплохо. Пойдем ко мне, у меня можно привести себя в порядок, и одежду я тебе подберу.
Ангел долго молчал, с любопытством разглядывая ее лицо, словно читал ее мысли, наконец, задорно усмехнувшись, кивнул. Просияв, сама не понимая, чему радуется, девушка ухватила его за руку и повела прочь из ночного клуба.
У нее была небольшая, но уютная квартирка в центре города, зал, спальня, ванна, кухня, прихожая — вот и все богатство.
— Ванна там. — она указала парню направление — Можешь пользоваться всем, что сочтешь нужным, полотенца там в шкафчике.
Пока он мылся, она выкинула его старую одежду и подобрала ему новую из оставшихся вещей бывшего бой-френда, и размер, и фасон подходили. Только бывший на фоне этого незнакомца теперь казался ущербным во всех смыслах. Едва она так подумала, как ее гость вышел из ванной, нагой, как в первый день рождения, с волос капала вода, на груди влажно блестел шрам в форме полумесяца. Лира задохнулась, настолько он был хорош, а уж какой вкусный.
Заметив ее взгляд, Ниас спросил:
— Голодная? — и тут же обнадежил — Я бы накормил, но суккубы питаются одним единственным способом. А я тебя не хочу.
Демоницу как пыльным мешком пришибли. Ее даже древние демоны хотят, а он не хочет. Ну, ладно, спать с ней не хочет, но хотя бы поцелуй уступил, с его энергией ей и этого хватит. Ангел смотрел на нее внимательно, словно читал мысли, и вдруг шагнул к ней, обвил рукой тонкую талию, прижимая к себе, и поцеловал. Заветная жизненная сила хлынула в нее столь мощным потоком, что Лира поняла — она утонет. Такой мощной и сладкой энергии она не пробовала никогда, такая просто не встречалась в природе. И, когда ее, опьяненную и задыхающуюся, отстранили, она не сразу смогла отдышаться, а восстановив дыхание, потрясенно спросила:
— Ты не инкуб. Кто ты?
— Ангел. — серебристый взгляд ожег насмешкой.
Суккуб моргала глазами полными ужаса и не могла сказать ни слова. Зато Ниас мог:
— Рот закрой, кишки выпадут. — и по-хозяйски растянулся на ковре, ни капли не смущаясь наготы.
«С такой-то внешностью он не знает, что такое смущение» — подумала демоница и протянула ему одежду:
— Захочешь уйти — возьми одежду, она будет по тебе.
Ангел осмотрел предложенное, милостиво кивнул и вдруг сказал:
— Я Ниас.
— Лира. — пробормотала совсем сбитая с толку демоница. Ангелы же убивают демонов. Или не убивают?
Уютно горел камин, тихо трещали дрова, съедаемые рыжим пламенем, и Тринис не думал ни о чем, он просто смотрел на пламя, такое живое, такое прожорливое. Он вспомнил, что когда ему принесли маленький сверток, вопящий так, что стены тряслись, и сообщили, что его наследник — девчонка, он так же смотрел на огонь в камине, и мечтал этот сверток швырнуть туда, в рыжее прожорливое пламя. И ведь как чуял, с девкой были одни проблемы. Но он, Тринис, умный, он сумел даже такую неудачу обратить себе на пользу, объединившись с одним из самых сильных демонических кланов. Он смог, значит, и ангела сможет поймать. А то, что один медиум у Корина сдох — обидно, конечно, и нет бы человек, а сдох демон. Тринис не стал ругаться с зятем из-за этого, люди глупые и хрупкие, пусть он сам с человеком нянчится, Тринису истеричные существа и даром не нужны, он ведь помнил, что людишки плохо привыкают к неволе. Главное, чтобы этот дурной сумел найти им ангела, а дальше не жалко, если сдохнет.
