— Все, Кот, хватит. Масштабы — другой разговор, но разумное существо приспосабливает мир к себе, а неразумное — само приспосабливается.
— Айнер, как можно приспособить к себе мир? Мы же и есть этот мир…
— Что? Мы — часть этого мира — как бы автономная часть.
— Это невозможно. Все едино. Оно всегда остается единым — в бытии и небытии.
— Кот, хватит мне мозги морочить. Ты что, с крысами общался?
— Нет…
— Мы пытаемся создать новый мир более-менее для нас подходящий. И все.
— В небытии?
— Наоборот. Мы делаем это, чтобы избежать разрушений, вызываемых нашими вмешательствами. Ты хоть понимаешь, что говоришь?
— Не совсем. Так говорил мой дядя, которого излучили в Небесном городе. Он говорил, что все едино — бытие, небытие там всякое…
— Ну да… Син располагает к подобным мыслям.
— Что располагает?..
— Син — Небесный город «золотых драконов».
— А… Ты там был?
— Совсем недолго, пока мой отпуск не превратился в бойню.
— И что дальше?..
— Ничего. Пока бились за Небесный город, отпуск кончился. Син в очередной раз сдали, и я вернулся в Хантэрхайм.
— Тебя так и не посетили мысли…
— Не успели — они за мной никогда не поспевают…
— Не спи! Рассказывай дальше о том, как люди до всего этого докатились.
— Когда люди поняли, что у них сомнительные перспективы, начали проводить проекты по усовершенствованию сознания.
— И получилось? Ты спишь, Айнер…
— Кот, я действительно очень устал, но… Как я уже говорил, человечество прошло ряд усовершенствований. Раньше люди были не полностью бессмертны — полусмертным нужно было проходить коррекции, чтобы продлить жизнь, поэтому массовые усовершенствования проводить было легче, чем сейчас. В общем, людей старого образца сняли с производства и создали первое поколение — первых бессмертных. В то время все усовершенствования такого порядка сопровождались гражданскими войнами, но с этим справлялись. Только первое поколение спровоцировало такие восстания, которые не смогли подавить — проект не прошел испытание, и его сняли. Первое поколение уничтожили — люди не увидели в нем свое будущее. Тогда создали второе поколение бессмертных — нас. Люди получили свою перспективу, и полусмертным перестали проводить коррекции по продлению жизни. Мы все взяли под контроль — технологии, окружающую среду… И конфликты, как внешние, так и внутренние, мы контролировали. С ними мы справлялись…
— А что за конфликты-то?
— Всегда есть, что делить — и не важно, вовне или внутри системы. Зверь стремится урвать свой кусок добычи и скалится, боясь его потерять. Мы не звери, поэтому придумываем более сложные и запутанные мотивации для конфликтов и союзов — это политика. Поэтому мы часто забываем о сути того, что нам надо, и на то, чтобы добиться нужного, затрачивается очень много сил и времени. Причин для грызни много, но в основе обычно лежит животная природа человека — инстинкты, эмоции… Мы стали более устойчивыми и стабильными, но и у нас разногласий все равно хватало… Сам видишь, чем все это обернулось… Только с этим уже ничего нельзя было сделать… Первое поколение, в общем, и разрабатывалось для стабилизации общества — они первые бессмертные, они практически машины, но не люди… Приятие таких усовершенствований значило бы уничтожение человечества.
— Да, вы же теперь все бессмертные… Вас так просто не заменишь, не продляя жизнь.
— Даже не в этом дело… И даже не в том, что у нас запрещены коррекции сознания активированного человека. Это вопрос более глобального порядка — мы достигли предела совершенства человека. Все, кто за этим пределом, — уже не люди. Знаешь, Кот, есть и способы внешнего влияния на стабилизацию общества… Только, как бы мы не уравновешивали наш социум… Везде бывают сбои.
— Так получается, что люди ни там, ни тут — что-нибудь да перевешивает?
— Не знаю, что ты этим сказать хочешь, но суть людей в дуальности, когда интеллектуальные машины без ограничений сознания и животных можно отнести к абсолюту. Получается два полюса — бытие и небытие (несознательное бытие и сознательное небытие). Современные люди — что-то среднее и колеблющееся. Инстинкты ограничивают разум — разум ограничивает инстинкты. Люди не могут регрессировать до уровня животных, так же как и развиваться в пользу разума…
— Почему?
Хоть я и предназначен для проведения боевых операций высокого уровня сложности, но такие темы… Для боевого офицера это сложные темы…
— Кот, мы достигли определенного предела… Разум без ограничителей сознания не совместим с жизнью — он переходит в небытие. Суть жизни в поддержании ее же самой, в сохранении определенной формы материи. Это, в общем, бессмысленный процесс… К поддержанию существования нас побуждает программа, заложенная природой, — инстинкты. Желание жить — это программная имитация доброй воли. Все это — наши ограничители сознания. Мы подкорректировали эту программу — инстинкты на нас оказывают меньшее влияние, чем раньше, мы можем их контролировать, существовать более осмысленно. Но больше мы с этим уже ничего сделать не можем…
— Не можете?.. Почему? Как мне кажется, ваши машины существуют на более сознательном уровне…
