Действительно — просто, если не особо задумываться над сказанным. День пожирает сиянием ледяные пустыни Хантэрхайма так же, как ночь непроглядной тьмой… Свет един с тьмой — при воздействии на наши анализаторы результат одинаковый — ослепление. Об этом невозможно забыть, но все слишком далеко, когда глаза защищены от света, а фонари освещают темному…
— Тебе уже сны снятся?..
— Помолчи, Кот.
Люди разделяют то, что неделимо. Все — целая система. И полюса в абсолюте едины… Мы воспринимаем себя как что-то отдельное и делим целое по системе биполярности: считаем свой путь вектором между полюсами. Сложив две полярные точки в одну — некое целое, получится, что наш вектор выходит за эту точку. Мы выпадаем из системы… Все потому, что неправильно усвоили философию «золотых драконов». Надо было раньше этим заниматься. А теперь из всего этого я могу сделать только один вывод: мозг лейтенанта AVRG для таких размышлений не годится. При таких мыслях мне становится не по себе — это тоже программа, ограничитель сознания: негативное влияние доброй воли — страх. Хватит! Все, хватит об этом. Это крысы меня на такие мысли натолкнули — никаких сомнений.
— Айнер, а вы ведь бессмертные…
— Мы только не стареем. Но хоть мы и живем дольше — мы все равно умираем.
— Ты боишься смерти?
— Был бы от страха прок, может, я бы и боялся.
— Но я серьезно…
— Знаешь, мы ко всему привыкаем…
— Привыкнуть можно только к тому, что неоднократно случается. Смерть к таким вещам не относится…
— Это у вас так, Кот.
— Айнер, ты умирал!?
— Много раз.
— Ты мертвый? Умереть можно только один раз!
— Мозг может умереть один раз. Формально человек считается мертвым, когда организм перестает функционировать, но это можно успеть поправить.
— И что
— Да откуда мне знать, если я был мертв?..
Кот усердно и нервно трет лапами уши — умывается… Мне это знакомо — в такие моменты я делаю примерно то же самое — сапоги чищу.
— Я не понимаю…
— Оттого, что ты протрешь в голове дырку, ты лучше соображать не станешь.
— Вы ведь нарушили…
— Мы много чего нарушили…
— И все зря? Вы так и не придумали, как сделать идеального человека?
Я же ему все объяснил только что!.. Сижу тут, сам с собой говорю… Хотя иногда и самому с собой поговорить полезно.
— Кот, так сделали же — первое поколение. Только они уже не люди. Мы даже толком не знаем, что это такое. Бессмертные, неуязвимые для внешних факторов, они поддерживают свое существование практически по принуждению… Они не перспективны — не деструктивны, но и не прогрессивны.
— Может, это самое оно?..
— Понятия не имею.
— Даже крысы их любят…
— У крыс по этому поводу более идеологические воззрения, как мне показалось.
— А как вы эту проблему решили? И вернуться не можете, и дальше идти.
— Эту проблему до конца не решили. Мы стали более стабильными, уравновешенными, но настолько, чтобы не потерять человеческое начало.
Кот с опаской заглянул мне в глаза и отвлек меня от сосредоточенного созерцания потолка…
— Айнер, а ты нестабильный…
— Только заметил? Характер — это мелочи. Я не из-за этого приговорен к понижению.
— Приговорен?
— Где ты видел лейтенанта S9?
— Здесь вижу.
— Точно же… У меня высокий уровень развития. Но такие люди опасны, если что-то может спровоцировать их дестабилизацию. Просто, если у рядового бойца крышу сорвет, он не додумается до чего-то реально для нас опасного — ему эмоции не позволят. А вот сознание офицеров в большей степени ограничивается долгом, чем желаниями. Именно поэтому офицеры более стабильны, но нарушение равновесия в таких случаях особенно серьезно. Таким людям власть не дают. А могут и вообще ликвидировать…
— Почему вы так поступаете с представителями своего же вида?
— Чтобы избежать неприятностей из-за личного фактора. Это законы природы, интерпретированные людьми.
— А по другим законам жить нельзя?
— По другим законам можно не жить. Жизнь жестока, и с этим приходится смиряться.
— Жестокость людей слишком часто не оправдана прямой необходимостью.
— Если уж на то пошло, то есть и кривая необходимость. Установить порядок без насилия невозможно.
— А стоит тогда порядок устанавливать? Или ты думаешь, что хаос хуже?..
— Слушай, хаоса как такового вообще нет — это тоже своего рода порядок. Просто, мы считаем хаосом то, систему чего мы не понимаем. То, что мы считаем порядком, — это система оптимальная для нас.
— Вроде той, которую вы строите, прибегая к насилию?
— Грубо говоря, да. Есть у большинства людей такая черта — думать в первую очередь о собственном благе. Это относится и к группам, и к индивидам. Поэтому сложноорганизованный социум поддерживать довольно трудно. Общество индивидуалистов в таких тяжелых условиях выжить не может — эту проблему более-менее решили. Наша система — целостный организм, только потерявший среду обитания. А вот отойти от антропоцентризма в таких условиях практически невозможно. Теперь мы не можем выжить без поддержки прогресса — не перестраивая под себя окружающее.
— Не можете выжить или не можете жить?
— Есть и то, и другое…
— Вы столько всего делаете, столько меняете, но кажется, вы запутались.
— Тебе не кажется.
