— Я знаю, как застёгивать пуговицу камзола! — отрезал он. — Следует ли мне ожидать, что сегодня ночью, когда я приведу в свою спальню молодую жену, то и там встречу вас, готового проинструктировать, как лучше использовать мой хер?
Лакеи закашлялись, отводя глаза, и расползлись по углам комнаты. Сам Байяз не улыбался и не хмурился.
— Я всегда готов дать совет вашему величеству, но надеялся, что это, возможно, единственное дело, с которым вы в состоянии справиться самостоятельно.
— Надеюсь, вы хорошо подготовились к нашему маленькому выходу. Я собиралась всё утр… — Арди замерла, подняв взгляд и увидев лицо Глокты. — Что с вами случилось?
— А, это? — Он махнул рукой на пёструю россыпь синяков. — Кантийская женщина ворвалась ночью в мои апартаменты, ударила несколько раз и чуть не утопила в ванной. —
Арди ему явно не поверила.
— Что случилось на самом деле?
— Упал с лестницы.
— А-а. Ступеньки. Эти сволочи бывают жестоки, когда нетвёрдо стоишь на ногах. — Она уставилась на свой полупустой бокал слегка затуманенным взором.
— Вы пьяны?
— Сейчас уже день, разве нет? Я всегда стараюсь к этому времени напиться. Принявшись за дело, старайся выполнить его как можно лучше. По крайней мере, так любил мне говорить отец.
Глокта, прищурившись, посмотрел на неё, а она ровно уставилась на него в ответ поверх края бокала.
— Нам не обязательно идти, вы же понимаете. — Безуспешно пытаясь вернуть подвижность своей больной ноге, Глокта поморщился, и от этого по его расквашенным губам и побитому лицу тоже прошла рябь боли. — Я уж точно не буду жаловаться, если мне сегодня больше не придётся сделать ни шага. Можем посидеть здесь, поговорить о всякой чепухе и политике.
— И пропустить свадьбу короля? — выдохнула Арди, прижав руку к груди в поддельном испуге. — Но я правда должна увидеть, что наденет принцесса Тереза! Говорят, она самая прекрасная женщина в мире, и даже таким отбросам, как я, нужно с кого-то брать пример. — Она закинула голову и допила остатки вина. — Сами понимаете, даже если еблась с женихом, это не повод пропустить его свадьбу.
Флагман великого герцога Орсо Талинского медленно, осторожно, величественно рассекал волны, подняв не больше четверти парусов, и туча морских птиц хлопала крыльями и кричала в глубоком синем небе над ним. Несомненно, это был самый большой корабль из тех, что когда-либо видел Джезаль — или кто угодно из огромной толпы, заполонившей набережную, крыши и окна зданий вдоль берега.
Корабль был изысканно украшен: на снастях развевались разноцветные флажки, на трёх высоченных мачтах висели яркие знамена с чёрными крестами Талина и золотым солнцем Союза, соединившимися в честь счастливого события. Но выглядел корабль из-за этого не менее угрожающе. Так выглядел бы Логен Девятипалый, если на него надеть модную куртку. Определённо военный, и с виду не менее, а ещё более дикий из-за вычурного наряда, в котором ему явно неудобно. В качестве средства доставки в Адую единственной женщины, будущей невесты Джезаля, это могучее судно ничуть не утешало. Оно подразумевало, что великий герцог Орсо в качестве тестя может быть весьма пугающей фигурой.
Джезаль увидел моряков, сновавших среди множества канатов, подобно муравьям в кустах — они натренированно и быстро сворачивали акры парусины. Корабль теперь двигался вперёд по инерции, и его громадная тень пала на пристань, погружая во тьму половину встречающих. Он замедлил ход, и воздух наполнился скрипом балок и канатов. Наконец судно точно вовремя остановилось, и остальные корабли, пришвартованные по обе его стороны, теперь казались крошечными, словно котята рядом с тигром. Золочёная резная фигура женщины вдвое больше натуральной величины, вздымавшей копьё в небеса, угрожающе блестела высоко над головой Джезаля.
Посреди причала, в самом глубоком месте, специально соорудили огромную пристань. Королевская делегация Талина сошла по наклонному трапу в Адую, словно гости с далёкой звезды, где все богаты, прекрасны и явно счастливы.
По обе стороны маршировали ряды бородатых стражников, одетых в одинаковые чёрные мундиры. Их шлемы были отполированы до непереносимо зеркального блеска. Между ними двумя рядами по шесть человек шла дюжина фрейлин, разодетых в красные, синие или ярко-фиолетовые шелка, и каждая выглядела роскошно, как сама королева.
