Последний довод королей полностью

Глокта стоял, Арди рядом с ним, и оба хмуро смотрели на двери Круга Лордов. За этими высокими вратами, в огромной круглой комнате проходила церемония. Ах, радостный, счастливый день! Мудрые наставления верховного судьи Маровии, должно быть, эхом отражаются от золочёного купола, счастливая пара с лёгким сердцем произносит свои торжественные клятвы. Лишь немногих счастливчиков впустили внутрь. Остальные должны поклоняться издали. И даже ради этого собралась немалая толпа. Широкая площадь Маршалов была забита народом. Уши Глокты уже болели от их восторженного лепета. Льстивая толпа, и все страстно жаждут появления их величеств.

Он нетерпеливо покачался вперёд-назад, влево-вправо, кривя лицо и шипя, пытаясь разогнать кровь в затекших ногах и успокоить спазмы. Но стоять столько времени на одном месте, это, прямо скажем, пытка.

— Да сколько ж времени может длиться свадьба?

Арди приподняла тёмную бровь.

— Возможно, они не могут оторваться друг от друга, и консумируют брак прямо на полу Круга Лордов.

— Чёрт возьми, сколько ж можно консумировать?

— Обопритесь на меня, если нужно, — сказала она, подставляя локоть.

— Калека опирается на пьяницу? — нахмурился Глокта. — Ну из нас и парочка.

— Если вам больше нравится свалиться и выбить себе оставшиеся зубы, то пожалуйста. Я от этого сон не потеряю.

Возможно, стоит принять её предложение, хотя бы на минутку. В конце концов, кому от этого будет хуже? Но тут раздались первые пронзительные возгласы. Вскоре к ним стало присоединяться всё больше и больше голосов, пока от ликующего рёва не начал пульсировать воздух. Двери Круга Лордов, наконец, распахнулись, и король с королевой Союза вышли на яркий солнечный свет, рука об руку.

Даже Глокта был вынужден признать, что из них вышла ослепительная пара. Как монархи из мифов, они стояли, облачённые в блестящие белые наряды, отделанные вышивкой, с одинаковыми золотыми солнцами, украшавшими сзади её длинное платье и его длинный камзол, которые заблестели, когда новобрачные повернулись к толпе. Оба высокие, стройные и изящные, на каждом блестящая золотая корона с единственным сверкающим бриллиантом. Оба такие молодые, и такие прекрасные, и у обоих впереди счастливые, богатые и влиятельные жизни! Ура! Ура им! Иссохшая какашка, что у меня вместо сердца, разрывается от радости!

Глокта положил руку на локоть Арди, наклонился к ней и улыбнулся своей самой кривой, беззубой и гротескной ухмылкой.

— Неужели и правда наш король прекраснее меня?

— Оскорбительный вздор! — Она выпятила грудь и вскинула голову, испепеляюще насмешливо взглянув на Глокту. — А я сверкаю ярче Жемчужины Талина!

— О, это несомненно, дорогая, намного ярче. Рядом с нами они выглядят, как попрошайки!

— Как отбросы.

— Как калеки.

Они вместе похихикали, пока королевская пара величественно проходила по площади в сопровождении двух десятков бдительных рыцарей-телохранителей. На почтительном расстоянии следовал Закрытый Совет — одиннадцать статных стариков и Байяз в магическом одеянии, улыбавшийся почти так же широко, как и сама блистательная пара.

— Он мне даже не нравился, — пробормотала Арди себе под нос, — сначала. Не особенно. — В этом мы определённо сходимся.

— Нет нужды рыдать. Вы слишком умны, чтобы довольствоваться таким болваном, как он.

Она резко вздохнула.

— Уверена, вы правы. Но мне было скучно и одиноко, и я устала. — И много выпила, разумеется. Она безнадежно пожала плечами. — С ним я не чувствовала себя обузой. С ним я чувствовала себя… желанной.

И с чего ты взяла, что мне интересно об этом слушать?

— Желанной, говорите? Как чудесно. А теперь?

Она несчастно уставилась в землю, и Глокта почувствовал легчайший укол вины. Но на самом деле вина ранит лишь тогда, когда больше не о чем беспокоиться.

— Вряд ли это была настоящая любовь. — Он увидел, как пошевелились сухожилия на её шее, когда она сглотнула. — Но я почему-то всегда думала, что это я оставлю его в дураках.

— Хм. — Как редко мы получаем то, что ожидали.

Королевская процессия постепенно скрылась из вида, последние роскошные фрейлины и сияющие телохранители протопали мимо, звуки восторженных аплодисментов удалялись в сторону дворца. В сторону их великолепного будущего, а мы, неприятные тайны, отнюдь не приглашены.

— Вот мы и остались здесь, — прошептала Арди. — Обрезки.