— Ты тоже. — Логен посмотрел в это пустое лицо. — Ты едок?
— В этом преступлении я вынужден сознаться.
— Все мы в чём-то виноваты. — Логен поднял меч одной рукой. — Ну, тогда начнём?
— Я пришёл сюда, чтобы убить Байяза. И больше никого.
Логен взглянул вокруг на изувеченные трупы, разбросанные по саду.
— А это тогда как случилось?
— Когда решишь убивать, трудно определиться с количеством мёртвых.
— Так и есть. Как говорил мой отец, кровь не приносит ничего, кроме новой крови.
— Мудрый человек.
— Если бы я только послушал.
— Иногда трудно понять, в чём… истина. — Едок поднял окровавленную правую руку и хмуро посмотрел на неё. — Это правильно, что у праведного человека возникают… сомнения.
— И не говори. Только вряд ли я знаю много праведных.
— Однажды я думал, что знал. Теперь уже не уверен. Мы должны сражаться?
Логен глубоко вздохнул.
— Похоже на то.
— Да будет так.
Он набросился так быстро, что почти не было времени поднять меч, не говоря уже о том, чтобы им взмахнуть. Логен отпрыгнул с его пути, но едок всё равно задел его чем-то по рёбрам — локтем, коленом или плечом. Сложно сказать, когда тебя крутит по траве, и всё вокруг тебя кружится. Логен попытался подняться, и понял, что не может. Ему удалось лишь поднять голову на дюйм. Каждый вдох был мучительным. Он откинулся назад, уставившись в белое небо. Может, надо было оставаться за стенами. Может, надо было дать парням отдохнуть в лесу, пока всё не успокоится.
Высокая фигура едока вплыла в его размытое поле зрения, чёрная на фоне облаков.
— Я сожалею об этом. Я буду за тебя молиться. Я буду молиться за нас обоих. — Он поднял ногу в доспехах.
В лицо ему врубился топор, и едок пошатнулся. Логен потряс головой и вдохнул. С трудом поднялся на локте, вцепившись в бок. Он увидел, как мелькнул закованный в белые доспехи кулак и врезался в щит Трясучки, проломив кромку и сбив Трясучку на колени. В нагрудник едока со звоном ударилась стрела, и он повернулся — окровавленная половина его головы болталась. Вторая стрела попала ему точно в шею. Под аркой стояли Молчун и Ищейка, подняв луки.
Едок громадными шагами помчался к ним, взметая ветер, развевавший траву.
— Ух, — сказал Молчун. Едок врезал по нему закованным в латы локтем. Молчун врезался в дерево в десяти шагах позади и упал на траву. Едок поднял другую руку, чтобы рубануть по Ищейке, но один из карлов ткнул в него копьём и отпихнул назад. Ещё больше северян влетело в ворота, столпилось вокруг едока, кричали, вопили и рубили его топорами и мечами.
Логен перекатился, пополз по лужайке и схватил свой меч, вырвав с ним пригоршню влажной земли. Мимо него проковылял карл, с окровавленной пробитой головой. Логен стиснул челюсти и бросился вперёд, поднимая меч обеими руками.
Клинок вонзился едоку в плечо и распорол его до самой груди, окатывая лицо Ищейки кровью. Почти в то же время один из карлов ударил сбоку булавой, размозжил едоку вторую руку и оставил огромную вмятину на кирасе.
Едок споткнулся, и Красная Шляпа подрубил ему ногу. Тот упал на колени, кровь лилась из ран и текла по погнутым белым доспехам, заливая дорожку под ним. Он улыбался, насколько можно было понять по уцелевшей половине лица.
— Свободен, — прошептал он.
Логен поднял меч Делателя и срубил его голову с плеч.
Ветер подул внезапно, закружил по грязным улицам, зашелестел по выжженным зданиям, хлестая пеплом и пылью лицо Веста, который ехал в сторону Агрионта. Ему пришлось перекрикивать ветер.
— Как у нас дела?
— Боевой дух у них иссяк! — взревел Бринт, и очередной порыв разметал его волосы. — Они полностью отступают! Похоже, гурки так стремились окружить Агрионт, что не ожидали встречи с нами! А теперь они изо всех сил стараются убраться на запад. Вокруг стены Арнольта ещё идет сражение, но Орсо в Трёх Фермах обратил их в бегство!
Над руинами Вест увидел знакомые очертания Башни Цепей и направил свою лошадь в ту сторону.
— Хорошо! Если удастся оттеснить их от Агрионта, то мы одержим верх! Потом сможем… — Он замолк, как только они завернули за угол и увидели дорогу к западным воротам цитадели. Или, точнее, где раньше были западные ворота.
Весту понадобилось некоторое время, чтобы понять. Над грандиозной брешью в стене Агрионта виднелась Башня Цепей. Вся надвратная башня была полностью разрушена вместе с большими секциями стены по обе стороны. Обломки завалили ров внизу и разлетелись по разрушенным улицам вокруг.
Гурки были внутри Агрионта. Само сердце Союза оказалось незащищённым.
Неподалёку перед цитаделью всё ещё кипела беспорядочная битва. Вест подвёл лошадь ближе, мимо отставших и раненых, в самую тень стены. Он увидел, как строй вставших на колено арбалетчиков пускает залп в толпу гурков, как падают тела. Рядом с ним человек кричал на ветру, а другой пытался наложить жгут на окровавленный обрубок ноги.
Лицо Пайка стало мрачнее обычного.
— Сэр, нам лучше отступить. Здесь небезопасно.
Вест его проигнорировал. Каждый должен выполнять свою задачу, без исключений.
