Последний довод королей полностью

— Если только вы не объедините ваши ресурсы. Тогда у вас на двоих будет шестьдесят голосов. Почти столько же, сколько контролирует Брок. Достаточно, чтобы поставить королём Скальда, или Барезина, или Хайгена, или даже кого-нибудь неизвестного, в зависимости от того, как всё обернётся. Кого-нибудь, на кого в будущем можно будет легче влиять. Кого-то, кто решит оставить существующий Закрытый Совет, а не выбирать новый.

— То есть короля, который осчастливит всех нас?

— Если бы вы высказали своё предпочтение тому или иному человеку, я мог передать ваши слова его преосвященству. — Снова лестницы, снова уговоры, снова разочарования. О, как хорошо иметь свой кабинет, комфортно сидеть в нём целый день, пока льстивые сволочи карабкаются ко мне по лестницам, улыбаются в ответ на мои оскорбления, ловят каждую мою ложь и умоляют о моей губительной поддержке.

— Сказать вам, что осчастливит меня, наставник Глокта?

О, снова разглагольствования очередного помешанного на власти старого пердуна.

— Будьте так любезны, ваша милость.

Маровия бросил нож на тарелку, откинулся назад на стуле и сделал долгий усталый вздох.

— Я бы предпочёл, чтобы короля вовсе не было. Я бы предпочёл, чтобы каждый человек был равен перед законом, имел голос в управлении своей страной и в выборе своих правителей. Я бы хотел, чтобы не было ни короля, ни знати, а Закрытый Совет избирался самими гражданами, и был бы перед ними в ответе. Можно сказать, Закрытый Совет, открытый для всех. Что вы об этом думаете?

Я думаю, некоторые люди сказали бы, что это очень похоже на государственную измену. А остальные просто назвали бы это безумием.

— Я думаю, ваша милость, что ваша идея — игра воображения.

— Почему же?

— Потому что бо́льшая часть людей предпочитает выполнять то, что им велят, а не делать собственный выбор. Подчинение проще.

Верховный судья рассмеялся.

— Возможно вы правы. Но всё изменится. Это восстание убедило меня в этом. Всё изменится, шаг за шагом.

— Я уверен, что такой шаг, как лорд Брок на троне, никому из нас не понравится.

— У лорда Брока действительно очень твёрдые убеждения, в основном касательно его самого. Вы сделали убедительное предложение, наставник. — Маровия откинулся на стуле, положив руки на живот, прищурился и пристально посмотрел на Глокту. — Хорошо. Можете сказать архилектору Сульту, что на этот раз у нас общая цель. Если появится нейтральный кандидат с сильной поддержкой, то я присоединю свои голоса к голосам его преосвященства. Кто бы мог подумать? Закрытый Совет объединяется. — Он медленно покачал головой. — Поистине, странные времена.

— Определённо, ваша милость. — Глокта с трудом поднялся на ноги, поморщился, переместив вес на больную ногу, и зашаркал по тёмному гулкому пространству в сторону двери. Но всё-таки странно, что наш верховный судья так философски настроен к потере своей должности завтра. Вряд ли мне доводилось видеть человека спокойнее. Глокта помедлил, взявшись за ручку двери. Можно даже предположить, что он знает что-то такое, чего не знаем мы. Можно даже предположить, что у него на уме есть план.

Он развернулся.

— Могу ли я доверять вам, верховный судья?

Маровия резко поднял глаза, держа в руке нож для мяса.

— Какой замечательно чудной вопрос от человека с вашим родом занятий. Полагаю, что вы можете доверять мне в том, что я стану действовать в своих интересах. Так же как я могу доверять вам, что вы будете поступать так же. Дальше наша сделка не идёт. И не должна. Вы умный человек, наставник, вы вызываете у меня улыбку. — Он повернулся к своему куску мяса и ткнул его вилкой, отчего потекла кровь. — Вам нужно найти другого господина.

Глокта, шаркая, вышел. Очаровательное предложение. Но у меня уже на двух господ больше, чем мне хотелось бы.

Узник оказался костлявым, жилистым экземпляром, как всегда обнажённым, с мешком на голове и надёжно скованными за спиной руками. Глокта наблюдал, как Иней вытащил его из камеры в куполообразную комнату. Босые ноги заплетались и били по холодному полу.

— Его было не слишком сложно схватить, — говорил Секутор. — Он недавно расстался с остальными, но с тех пор болтался по городу, как запах ссанья. Мы схватили его вчера вечером.