— Ничего, просто странно. Насколько я его знаю, он деловой человек и не увлекается… э-э, ресторанами. Хотя, может быть, ты ему понравилась?
— Это имеет какое-нибудь значение?
— Нет. — Игнат помолчал. — Имеет.
Она повернула к нему голову. Он увидел в ее глазах отблеск улыбки и понял, что Лилия его поддразнивает.
— Для тебя?
— Я не хочу, чтобы ты ходила с кем-то в рестораны, даже если это мой шеф.
— Хоук хочет, чтобы я ему объяснила логику УММ.
— В ресторанах такие вещи не обсуждают.
— Значит, мне ему отказать?
— А разве ты не согласилась?
— Нет.
Несколько мгновений Игнат смотрел на девушку, сделав строгое лицо.
Она прыснула, ткнулась лбом ему в плечо.
— Молодец, — сказал он одобрительно. — За это я покажу тебе чудо.
— Какое? — загорелась она.
— Увидишь.
Рейд над пустынями и болотами Полюса Недоступности они закончили в деревне Мате-на-ра, где Игнат познакомил Лилию со своей матерью.
Зари-ма еще находилась здесь, жила у дальних родственников, которых разыскал Артем, и очень обрадовалась визиту сына. Впрочем, она порадовалась и его спутнице, мгновенно угадав в ней претендентку на звание невестки. Хотя в разговорах об этом не было и речи.
Гостей накормили местным овощным соте, угостили молоком нагирусов, напоминающим квас, и медовым вареньем, представляющим нечто среднее между медом и воском, тающим во рту.
Поговорили о делах в метрополии, то есть на Земле, об ужасном поведении чиновников, о жизни на Полюсе. Потом Игнат заторопился, заметив, что визит затягивается, поговорил с мамой наедине о ее возвращении и убедился, что подразделение VIP-охраны бдительно несет свою службу, не акцентируя на этом внимания. Драккар охранников кружил вокруг деревни, наблюдая за ее окрестностями и за всеми появляющимися в поле зрения аппаратами. Незаметно подобраться к полюсидскому поселению было невозможно.
Через несколько минут после прощания с Зари-мой Лилия напомнила ему об обещании:
— Ты хотел показать мне чудо.
— Обещал — покажу. Как тебе мама?
— Чудесная женщина!
— Ты ей понравилась.
— Правда? — обрадовалась Лилия. — Я боялась, что ей неинтересны мои увлечения. Она так оценивающе меня рассматривала.
— А потом сказала мне, чтобы я о тебе заботился.
— Как о новой сотруднице вашей Службы? — лукаво сощурилась она.
Игнат хотел ответить: как о любимой девушке сына, — но побоялся спугнуть наметившееся чувство близости.
— Это же я тебя уговорил стать консультантом конторы. Вот она и беспокоится. Кстати, что больше всего интересовало Хоука?
Куттер задрал нос и полез в небо. Домики-шатры деревни полюсидов ушли вниз. Распахнулся горизонт, размытый сизым туманом дали. В стороне под лучом светила сверкнул корпус сторожевого драккара.
— Ну, мы говорили о появлении УММ, о том, что в соседних доменах эта постразумная система могла сформироваться раньше, чем у нас. О логике и целеполагании негуманоидных форм жизни. Его тоже удивляет явное несоответствие энергетических возможностей представителей УММ, если они проявились на Земле, и психологии людей, на которых этот УММ опирается.
— И что ты ему ответила?
Над переносицей девушки обозначилась морщинка.
— Ты меня допрашиваешь?
— Не выдумывай, — запротестовал он. — Ты же знаешь, что меня тоже остро интересует затронутая тема.
— Я ответила, что разведчики УММ, или кто они там у них, вышли на Ульриха Хорста как на обладателя неких качеств, которыми обладают и они сами.
— Мстительность, что ли?
— Нет, Ульрих светится в каком-то из диапазонов пси-поля больше, чем остальные люди, поэтому его и вычислили.
Игнат хмыкнул.
— Ты мне об этом не говорила. Значит, по-твоему, Хорст светится?
— В пси-спектре, в торсионном поле, причем достаточно мощно. Он — личность, пусть и в отрицательном смысле этого слова.
— Я думал, он просто подонок без души и совести.
— Это не умаляет его возможностей.
Куттер преодолел двухсоткилометровый слой атмосферы Полюса (при этом его дважды запрашивали разные структуры планетарного контроля) и вышел на орбиту вокруг планеты недалеко от автоматического буя Погранслужбы, подмигивающего красным зрачком.
— Куда мы летим?
— Ты часто путешествуешь по Солнечной системе?
Лилия задумалась.
— В общем-то, нечасто. Пару раз в год летаю куда-нибудь с друзьями. На Меркурии была, на спутниках Сатурна. Недавно мне показали Плутон. А что?
— Дома у нас тоже открывается красивый вид на звезды, особенно с Плутона, а еще лучше с какого-нибудь шатуна из облака Оорта, с Кваорара, к примеру. Но центр Галактики скрыт от наблюдателей газо-пылевыми облаками. Здесь же он виден прекрасно.
Лилия начала крутить головой, но блистер аппарата почернел под лучами Рада-ила, солнца Полюса, спасая зрение пассажиров, и звездная картина не произвела на девушку особого впечатления.
— Подожди, доберемся до места, — пообещал Игнат, заметив ее гримаску.
