— Я знаю, что ты интрасенс, как принято сейчас говорить, один из немногих, кто способен свободно переходить из одного временного темпа в другой и ощущать мир с помощью другого набора чувств. Я верю, что ты сможешь почувствовать присутствие инвазеров краем сознания, несмотря на то, что они ушли от сознания дальше, к Структурам Великого Неведомого. Но силы твои, во-первых, не беспредельны, во-вторых, не развернулись полностью. Терпения тебе еще не хватает. Поэтому сдерживай себя по максимуму, это полезно. Причем не только в разговорах с начальниками, но главное — в определении степени опасности.
Игнат хотел пренебрежительно отмахнуться, но уловил в глазах отца мерцающий огонек сомнений и передумал.
— Хорошо, пап, я постараюсь.
— Уж постарайся. Читал новые сообщения с Полюса?
— А надо?
Под кожей щек Артема заходили желваки.
Игнат виновато опустил голову.
— Обязательно прочитаю.
— Мы решаем не обычную проблему внутренних криминальных разборок, а проблему контакта с чужими разумниками, которая для нашей структуры выходит на передний план. Ты в этой структуре не последнее звено.
— Криминальных разборок тоже хватает.
— Куда же без них, — усмехнулся Артем. — Своего дерьма в России много, а тут еще чуть ли не весь мир на нас ополчился: и это мы делаем не так, и то, и умных советов не слушаем, и границы перекрыли. Но я не об этом. Майкл прав. Нам брошен вызов — не системе защиты, а всей цивилизации, и мы обязаны отреагировать должным образом.
Игнат переступил с ноги на ногу.
— А что там, на Полюсе?
— Странные дела творятся. Эксперты говорят — физика «трещит», возникают странные очаги радиации, болота начинают стремительно сохнуть. Слетай туда с Лилией еще раз, пусть посмотрит на все безобразие непредвзято.
— Ты же маму туда отправил.
— Придется забирать.
— На Землю?
— Еще не знаю, посмотрим.
— Ладно, я побежал. — Игнат обнял отца, бодро направился к свободной кабине. Оглянулся, махнул рукой, исчез.
Артем задумчиво смотрел ему вслед, и хотелось ему очнуться и узнать, что все возникшие проблемы после выхода Хорста из тюрьмы ему только приснились.
— Наверно, придется изменить режим, — проснулась в ухе рация; говорил Бондарь. — Пока остаемся «на ушах», но Хоук предлагает готовиться к «отваге».
— Понял, — пробормотал Артем со вздохом.
— Завтра Совет безопасности, ему докладывать.
— Знаю.
— Убито двенадцать «ВИПов», по Системе шатается маньяк с «термобом», а мы беспомощны, как котята. И Ульрих неуловим.
— Чего вы хотите, Кирилл?
Бондарь помолчал.
— Вы обещали найти «джинна» Лам-ку. Он нам очень нужен.
Артем сдержал резкое слово.
— Лам-ка не отзывается. Но я постараюсь его найти.
Начальник группы «Соло» ушел из эфира.
Артем постоял еще немного, глядя на выходящих из зала и входящих в зал сотрудников УАСС, потом вспомнил о словах сына о Зари-ме и заторопился.
Второй поход на Полюс вместе с Лилией оказался не столь информативен, как первый. Из-за необычных физических явлений на ее поверхности всю планету поставили на карантин, отчего Игнату пришлось предъявлять свой карт-бланш офицера ФСБ. Только после этого их с Лилией выпустили из зала метро наружу.
Допуск по форме особых полномочий позволил Игнату взять куттер без сопровождения, и они поднялись в воздух, руководствуясь подсказками наблюдателей Службы, держащих под контролем местные достопримечательности.
Источников радиации к этому времени насчитывалось больше трех десятков, и все они, как правило, были связаны с местами расположения могильников с «джиннами». Воронки от взорванных башен с высоты не отличались от тех, которые видели Игнат и Лилия при первом знакомстве с уничтоженным кладбищем, однако приближаться к ним не рекомендовалось, потому что поток радиации вокруг воронок превышал фоновое значение для пород планеты в тысячи раз.
— Что ты об этом думаешь? — спросил Игнат притихшую спутницу, когда выделенный им куттер завис в километре от очередной воронки. — Кстати, тебе не кажется, что вал вокруг кратера оплыл?
— Материальная ткань планеты тает, — очнулась от размышлений Лилия, — превращается в излучение. Налицо эффект квантовой эффузии из-за перестройки мерности пространства. Оно постепенно скатывается к двойке.
— В таком случае надо срочно объявлять эвакуацию.
Лилия слабо улыбнулась.
— Это длительный процесс, может длиться не одну сотню лет. Но когда-нибудь придется эвакуировать с Полюса всех живущих.
Игнат скомандовал инку аппарата лететь дальше.
Куттер поднялся выше, и его пассажиры увидели синевато-белую полосу высохшей соли на краю гранд-болота. Ширина полосы достигала двух километров, что действительно говорило о стремительном усыхании болот на Полюсе. А ведь с момента исчезновения кладбища «джиннов» прошло всего около двух недель.
— Кстати, как тебе наш главный? — вспомнил Игнат о визите с девушкой к Хоуку. — О чем говорили?
— О разном, — уклончиво ответила Лилия, потом добавила со смешком: — Предлагал сходить вечером в ресторан.
Игнат ревниво и озадаченно посмотрел на спутницу.
— Хоук предлагал пойти в ресторан?
— Да, а что?
