Тени… вновь появились бесформенные тени. Галлюцинации, туманящие её разум. Её тело уже давно истощилось, ещё тогда, когда Вечное сердце приняло её. Уже тогда она не могла жить без первородного артефакта внутри неё. Только он отныне определял её судьбу. Но волю Эмелис было трудно сломить, после всего того, что случилось.
Тени сгущались и будто танцевали перед глазами девушки. Они не приносили никакой опасности для физического тела Эмелис, однако своим присутствием здорово выкачивали силы из её организма. Она истощалась и клонилась в сон, голод и жажда обострялись, но тем не менее, выпить или съесть что-нибудь она всё равно не хотела. Когда Эмелис истощится полностью, она, вероятно, погибнет, но её оболочка останется жить под командованием Вечного сердца. Исчезнут все её мысли, погибнет мозг. Но по крайней мере останется функционирующее тело. Мысли об этом вскружили её и так больной рассудок.
— Вам плохо? — спросил один из гвардейцев.
В ту же секунду тени отступили. Отступили и плохие мысли о кончине собственного разума. На вопрос гвардейца она отвечать не стала, и лишь покачала головой. Обошлось. Она вновь может трезво мыслить. Она даже не поняла, что «Светлая гвардия» видела Теней тоже.
Она подметила автомат, выдающий газеты с последними новостями. Хоть у неё и не было с собой средств для оплаты газеты, она решила прочитать пару строк, которые были видны за прозрачным ограждением:
«Звёзд становится всё меньше и меньше. Как на эту ситуацию смотрит Император?». «Почему не готовится повторная экспедиция в красную пирамиду?». «Почему вторая исследовательская операция во главе Зейда Браун так и не вернулась с красной пирамиды?». Эти газеты устарели по актуальности уже на одну земную неделю. Следующий выпуск обещает быть очень интересным. Даже слишком интересным.
— Звёзд… Становиться всё меньше? — задала вопрос в пустоту Эмелис, не поняв посыла этой газетной строки.
— Одно из свидетельств конца, — коротко ответил гвардеец. Это был тот же монотонный, серый голос без единого оттенка эмоциональности.
До начала операции для погружения под алые воды Земли, внутрь Эсхатона, симптомы конца света проявлялись несколько… иначе. Нынче затухали целые звёздные системы, и почти никто не мог объяснить причину подобного явления. Однако и о такой проблеме повествовал Сол во время своего последнего визита к Императору. Просто данный факт никогда не распространялся на публику, пока сама публика внезапно не заметила отсутствия некоторых особо ярких звёзд в космосе. Тогда-то правда и всплыла на поверхность. Это случилось месяц назад, когда Эмелис и её коллеги до сих пор находились в Эсхатоне. Но даже они, как члены исследовательской операции по спасению Вселенной, не были введены в курс дела, в чем же всё-таки проявлялся этот конец света. Эмелис точно знала, что отсутствие звёзд — это лишь один из немногих предвестников конца, и больше таких предвестников она ещё встретит на своем пути.
Тревога нарастала. «Да почему же всё так тихо?» — терзалась Эмелис. Тени вновь угрожающе всплывали в многочисленных отражениях, но на сей раз атаковать девушку они уже не стали. Теперь они будут ждать момента, пока она останется одна. Они боялись «Светлой гвардии».
23 МИНУТЫ ДО ПОГЛОЩЕНИЯ
Её грусть в ожидании прибытия отца скрасило знакомое лицо. Они уже виделись на «Голиафе II» на званом ужине в её честь. Это была Трея Кэнон, почитаемый историк и исследователь древних текстов. За ней шел один из членов «Светлой гвардии», высокий, гордый, но как и все абсолютно молчаливый.
— Не ожидала встретить вашу натуру в таком месте. Я думала, вас будут осматривать и что-то выявлять ещё очень долгое время, — завязала разговор женщина.
— Трея Кэнон, так? — удивилась Эмелис, отвлекшись от своих мыслей.
Трея была одной из немногих людей, что могли себе позволить встроить себе в организм больше пяти имплантов, так или иначе дающих организму определённые преимущества. Среди них были: имплант для расширения памяти, который встраивался напрямую в мозг, глазные импланты, которые ставились на место обычных глаз, искусственный позвоночник, в связи с которым у неё всегда была идеальная осанка, и пара других имплантов, которые выполняли менее значимые в её жизни функции, но которые, тем не менее, она решила для себя приобрести. Эту женщину можно было назвать полноценным киборгом в представлении людей четыреста лет назад, хотя уже и на тот момент кибернетические импланты приобретали популярность среди богатого слоя общества.
— Я очень заинтересована в диалоге с вами. Я лично наблюдала снятие показаний с вашего гидрокостюма, и была в восторге от того, насколько много эти показания могут поведать научному сообществу Империи. Но в последний момент меня отстранили от изучения снятых показаний, и узнала я об этом только вчерашним земным вечером, — раздосадовалась женщина.
— Это странное решение, но скорее всего, оно вполне обосновано… — ответила Эмелис, и в непонятках посмотрела на гвардейца за спиной Треи. В нём было что-то необычное, но девушка не могла понять, что именно.
