– У арваксов есть обычай, – стала рассказывать девушка. – На каждый военный корабль перед отплытием помещают Поводыря, который является как бы счастливым талисманом судна, а также предупреждает капитана об опасностях. Мне обо всем этом рассказал иман. Для поддержки Белой Мельницы арваксы прислали десять фрегатов, и на каждом есть Поводырь. Я видела некоторых из них и скажу честно, что все они, как один, похожи на сумасшедших. Речь невнятная, движения бессмысленны, изо рта часто слюна течет. Иногда им даже связывают руки, чтобы они сами себе не навредили. Я сомневаюсь, что такие люди становятся Поводырями по доброй воле. Думаю, они вообще не понимают, что с ними происходит. Но арваксы их ценят и обращаются уважительно – до тех пор, пока им сопутствует удача. Если случается беда, и фортуна отворачивается, во всем винят, в первую очередь, Поводыря. Девушка, которую иман считает Видящей, была Поводырем на том судне, которое тебя подобрало. У берегов Фардоса наш корабль угодил в сильный шторм, мы отстали от других арвакских судов и едва не попались на абордаж драганскому боевому фрегату, который долго гонял нас по Белому Морю, пока сильный туман не позволил нам скрыться. Когда мы вышли в спокойные воды у Птичьих Островов, арвакский капитан выволок ту девушку на палубу и грозился повесить ее на рее. После штормов судно получило сильные повреждения, к тому же корабельный врач опасался, что на борт проникла спирохета, потому что несколько членов команды свалились с похожими симптомами. Матросы поддерживали капитана, полагая, что если избавится от невезучего Поводыря, то удача снова окажется на их стороне. Я не знала о том, что происходило на палубе, и вышла прогуляться как раз в тот момент, когда девушка вырвалась и бросилась ко мне, упав к моим ногам. Она была сумасшедшей, но инстинктивно понимала, что ее хотели повесить. Даже неразумное животное чувствует близость смерти. Она действительно была похожа на животное, или даже, скорей, на птицу. Глаза ничего не выражали, рот открыт в немом крике, руки намертво вцепились в мои лодыжки… Она не просила о помощи, просто замерла у моих ног и прижалась лбом к палубе. Я же перепугалась так сильно, что не могла вымолвить ни слова. К счастью, появился иман. Узнав в чем дело, он посоветовал капитану не тратить время на повешение, а разобраться с неудачливым Поводырем в Сараварге, до которого оставалось два дня пути. У Тигра Санагора потрясающие дипломатические способности. Он может уговорить самого дьявола. В результате, арвакский капитан успокоился и пообещал продать девушку керхам в порту. Все это время она лежала мешком у моих ног, но когда к ней подошли матросы, чтобы отвезти ее в каюту, Поводырь внезапно протянула руку к иману, который уже собирался уходить, и что-то спокойно произнесла. Я знаю драганский язык не очень хорошо, но была уверена, что девушка сказала бессмыслицу. А потом я случайно взглянула в лицо иману. Оно было бледным и покрыто испариной. Я никогда раньше не видела его в таком состоянии. Было очевидно, что учитель не считал слова Поводыря бредом сумасшедшего – они что-то означали для него. А потом он подошел к арвакскому капитану и, сняв с пальца перстень с огромным сапфиром, произнес: «Дружище, почему бы тебе не отдать девицу мне? Поводырь из нее все равно никакой. В Сараварге я знаю одну островитянку, которая подойдет на эту роль куда лучше. Я помогу сделать так, чтобы семья отдала ее тебе на корабль. В качестве залога будущей сделки предлагаю это кольцо. Нам плыть еще двое суток, а мне понравилось, как эта девица кричит». Слышать такие слова из уст Тигра Санагора было ужасно, однако они пришлись по душе арваксу, который с легкостью согласился и принял перстень, отпуская сальные шутки. Я не знала, что и думать, пока мы вдвоем с учителем тащили девушку к нему в каюту. Она потеряла всякий интерес к происходящему и была похожа на большую птицу, подстреленную охотником. А когда мы остались одни, иман попросил меня заботиться о ней, как о родной сестре, и не покидать ее, пока мы не сойдем с арвакского судна. Я хорошо запомнила его слова. «Глубокие реки текут неслышно, – сказал он тогда. – Может оказаться, что от этой девушки будет зависеть наша победа». Я ничего не понимала и попросила объяснить. Тогда он рассказал мне легенду о Некрабае и Видящих. Одна пророчица сказала ему, что в мире родился новый Видящий, и он собирался искать его. «Видящая нашли меня первой», – добавил он.
Арлинг воспользовался тем, что Альмас замолчала, чтобы перевести дыхание, и спросил:
– Ты знаешь, что именно она сказала иману тогда на палубе?
– Нет, – прошептала Альмас, – но он попросил никогда не спрашивать его об этом. Иман еще сомневается. Он сказал, что для того чтобы понять, Видящая она или нет, ему нужно отвезти ее туда, где начинается Дорога Молчания. Это где-то в Восточном Такыре. Если бы я услышала все это не от имана, то подумала бы, что меня разыгрывают.
