Подойдя ближе, Дюпен-Чен не смогла сдержать улыбки. Это действительно был шалаш. Одно из тех милых сооружений, которые дети делают из стульев, стола и одеял, чтобы спрятаться от родителей и поделиться секретами с лучшей подругой.
- Это ты сделал? - спросила Маринетт, остановившись на “пороге” и обернувшись.
- Ну… да. Тебе нравится? - неуверенно поинтересовался Нуар, тая в глазах надежду на лучшее.
Дюпен-Чен вновь посмотрела на маленький домик и отодвинула шторку, занавешивающую вход. Шалаш держался на четырёх “сваях”, роль которых играли две чёрные вешалки, подставка под зонтики и пюпитр. Каждая из “свай” была разной по размеру, отчего несимметричный домик казался почти сюрреалистичным, словно вылезшим из сказки про Алису в стране чудес. Самый высокий угол домика не был выше полутора метров, а самый низкий достигал всего восьмидесяти сантиметров.
Сверху на “сваях” было натянуто мягкое, серо-голубое одеяло, которое спадало с трех сторон, огораживая шалаш от прямого солнечного света. А внутри всё было завалено большими и маленькими подушками скучного серого цвета. Выбор оттенка показался Маринетт странным. Если это постельное бельё её напарника, то она, похоже, многого не знает о его внутреннем мире. Отчего-то она представляла, что он спит на чёрных шёлковых простынях с яркими зелёными вставками, а одна из подушек у него непременно красная, в чёрный горошек.
Задержав взгляд на подушках больше нужного, Маринетт не смогла подавить зевок. Несмотря на скучные цвета, выглядел домик безумно мило и уютно. Она бы ни за что не призналась, но больше всего на свете ей хотелось сейчас плюхнуться на эту мягкую перину и провалиться в глубокий сон без сновидений.
- Мне нравится, Котёнок… - улыбнувшись, сказала она и вновь прикрыла шторку, чтобы избежать соблазна. - Спасибо. Это очень мило с твоей стороны.
- Я безмяурно рад! - Нуар хлопнул в ладоши. - Тогда забирайся внутрь.
Маринетт отрицательно покачала головой, всё ещё лелея слабую надежду, что ей удастся избежать насильственного сна.
- Никаких отговорок! Прошу, - Кот обошёл подругу и галантно отодвинул шторку, чуть подталкивая девушку вперёд. С тяжелым вздохом она вошла (или лучше сказать - вползла?) внутрь, сложившись пополам, и села по-турецки на мягкое одеяло, разложенное на поверхности крыши.
Внутри было ещё более уютно, чем казалось снаружи. А приглушённые тона и лёгкая прохлада, которую дарило одеяло, защищавшее домик от палящего августовского солнца, так и склоняли ко сну.
- Так что будем делать? - широко зевнув, спросила Маринетт и уложила голову на сложенные руки. - Делиться секретами и плести друг другу косички?
Нуар сделал вид, что серьёзно задумался.
- Это неплохой вариант! Но сегодня у меня одна цель - дать тебе поспать. Поэтому просто ложись и отдыхай.
- Кот…
- И не вздумай сбегать! - он погрозил пальцем. - Выход на пожарную лестницу закрыт, уйти ты не сможешь. Так что у тебя нет выбора, Принцесса, - Нуар пожал плечами, как бы извиняясь, и Маринетт перевела взгляд на лежащие вокруг подушки.
Глядя на них, спать хотелось ещё сильнее.
- Ладно. Не буду тебя смущать. Отдыхай, Мур-рцесса, - бросил напарник, проследив за взглядом подруги, и чуть привстал, чтобы выйти наружу. Но тут ладонь Маринетт крепко обхватила его запястье, и он замер, обернувшись.
- Подожди. Не уходи.
Нуар послушно вернулся на место и вновь сел напротив своей одноклассницы. Та, зачем-то схватив одну из подушек и сжав её в руках, задумчиво посмотрела в глаза напарника. Некоторое время она молчала, будто не решаясь задать мучивший её вопрос.
- Скажи честно. Зачем ты это делаешь? - наконец спросила она, мысленно готовясь к разрушительному ответу, который заставит её снять волшебные серёжки.
- Затем, что ты - мой хороший друг, Принцесса, - не колеблясь ни секунды, ответил Нуар.
Это было правдой на сто процентов.
- Да, спасибо… - чуть смутилась Маринетт, в глубине души безмерно тронутая и обрадованная этим ответом. - Но я спрашивала не о том. Зачем ты второй день приходишь к нашему коллежу? Я видела тебя в окне.
На секунду Нуар замер, словно этот вопрос застал его врасплох.
- Воу… А я-то думал, что сама незаметность, - хмыкнул он чуть смущённо.
- Так зачем?
- Я… скучаю, - честно признался он спустя пару секунд, пряча грустную улыбку.
- Скучаешь? По кому?
- Ни по кому! - смешно замахав руками в стиле Маринетт Дюпен-Чен, ответил Кот. Он надеялся, что одноклассница не заметила предательских капелек пота, засверкавших на его лбу. - Я…. скучаю по учёбе. С недавнего времени я не могу посещать занятия, и мне просто нравится смотреть на своих… ровесников, занятых учебой.
Это было правдой лишь наполовину, но большего он Маринетт сказать не мог. Не хватало ещё расклеиться перед ней и вывалить на хрупкие женские плечи воз своих проблем. За последний месяц она и так пережила немало потрясений.
- Понятно.
