Кейт понимала: она просто не сможет жить с сознанием того, что девочка страдала по ее вине. Она была внутренне готова к тому, что для нее это станет дорогой в один конец, — лишь бы пригвоздить этих двух зверей, прежде чем они доберутся до Алиссы.
Месть — это блюдо, которое лучше подавать холодным.
Заглушив двигатель, Кейт достала пистолет и вышла из машины. Легкий ветерок, оживляющий ночную прохладу, заставил ее вспомнить о затишье перед бурей. Она перевела взгляд на свет, пробивающийся в окна большого сарая из досок, потемневших от непогоды, крытого железными листами. За большим окном мелькнула мужская фигура, дверь открылась. На пороге стоял Уильям Болдри. Увидев Кейт, он широко улыбнулся.
— Кейти, ты успела в срок, — чуть ли не дружелюбно произнес он.
— Здравствуй, Уильям.
— Иди же сюда! — Он махнул рукой, подзывая ее. — Алисса и Дрекслер внутри, они только начинают знакомиться.
— Что ты с ней сделал?
— Она цела и невредима. По крайней мере, пока. — И снова он жестом пригласил ее ближе. — Подойди же ко мне, я не кусаюсь.
Собравшись с духом, Кейт сделала первый шаг. Подойдя к Уильяму, она остановилась.
— Ты первый.
— Разумеется. Никто не сможет упрекнуть меня в том, что я не гостеприимный хозяин. — Отступив назад, он развел руки.
Скользнув по нему взглядом, Кейт убедилась в том, что до него по меньшей мере десять шагов, после чего осмотрела сарай. Она сразу же увидела Алиссу. Девочка сидела на стуле, уронив голову на грудь.
Сбрив длинные волосы и бороду, Дрекслер приобрел более зловещий вид. Теперь, когда ничто не отвлекало внимания от его холодных черных глаз, его усмешка казалась безжизненной. Он ласково погладил девочку по голове.
— Мы тебя заждались. И еще мы ждем, когда девочка проснется. Уильям сказал, что она уже должна была бы проснуться, но она такая соня… Девочка должна проснуться. Если она все проспит, будет совсем неинтересно.
У Кейт в памяти прозвучал крик Сары.
— Уильям, я понимаю, почему это делает Дрекслер. Но тобой-то что движет?
— Я мечтал об этом дне долгих семнадцать лет, — мечтательно произнес Болдри.
Сердце Кейт бешено пустилось вскачь, однако голос оставался ровным и спокойным.
— Но ты же не мог быть знаком с Дрекслером.
— Счастливая случайность. Я увидел, как он кружит возле дома твоей матери, и рассудил, что мы можем пригодиться друг другу.
— Ты следил за моей матерью? — У нее по спине пробежала холодная дрожь.
— Ты знала, что я установил в доме твоей матери систему видеонаблюдения?
Когда Болдри в ту ночь впервые позвонил ей, он не вел игру, а просто констатировал факт.
— Мама говорила, что кто-то проник в дом, но ничего не взял.
— Это был я. Даже снял дом напротив.
Кейт сохраняла внешнее спокойствие, однако голова у нее лихорадочно работала. «Тяни время! Тяни время!» Ей оставалось только надеяться, что миссис Лопес позвонила Мазуру.
Уильям оглянулся на девочку.
— У меня в голове был совершенно другой сценарий. Алисса не входила в первоначальный список. Они с Дрекслером… это импровизация.
— Кто составил первоначальный список? Чарльз Ричардсон?
— Нет. — Уильям покачал головой. — Ричардсон был лишь одним из инструментов.
Неужели он с самого начала просто использовал Ричардсона?
— Ты понял, что представляет собой Ричардсон, когда познакомился с ним в тюрьме, так?
— Забавно, что такие люди, как ты и я, сразу же замечают в душе человека мрак… Это наш особый дар.
Кейт ненавистна была даже мысль о том, что у них с Уильямом есть что-то общее, однако он был прав. Они оба обладали способностью распознавать чудовищ.
— Значит, во время одного из свиданий в тюрьме ты сказал Глории, что Ричардсон убивает женщин?
— С какой это стати? — Уильям ухмыльнулся. — Мы с тобой не из тех, кто доверяет кому попало.
— Глории ты доверял. Она была твоей сводной сестрой. Вы росли вместе. Глория знала о тебе все, так?
Подмигнув, Болдри прикоснулся к кончику носа.
— Знала.
— По-моему, ты тоже ее любил.
— Любил.
— Тогда почему ты ее убил?
Уильям облизнулся, словно отведав изысканного лакомства.
— Когда я рассказал ей про Ричардсона, она пришла в восторг, как я и думал.
Только сейчас до Кейт дошло, как же много общего было у Уильяма с Глорией.
— Значит, Ричардсон был для вас не просто любопытной диковинкой, да?
— Это Глории пришла мысль использовать то, что сделал Ричардсон, — Уильям кивнул. — Разумеется,
— Глория хотела, чтобы ты ее убил. — Отдельные элементы мозаики встали на свои места. — Она понимала, что умирает от рака, и знала про роман своего мужа с Ребеккой.
