Шапа пялился на полупустую бутылку дешевой настойки, размышляя о превратностях судьбы. Прошли сутки с их позорной вылазки, но эта картина до сих пор стояла перед глазами — они с Васей-Навыком, гордо выпятив грудь и напялив эти идиотские поддельные мундиры, бросаются в самый эпицентр магической заварушки. А в итоге — фига с маслом вместо ожидаемого куша.
— Не кисни, толстяк, — Вася захлопнул дверь их крошечной комнатушки на чердаке и бросил на стол буханку хлеба и кусок сыра. — Я тут разузнал кое-что интересное о том студенте с контейнером.
Шапа вздохнул так тяжело, что деревянные половицы под ним задрожали.
— Вася, может хватит уже? Когда мы влезли в эту историю, нас чуть на мелкие лоскуты не порезали. Там были настоящие маги с Покровами! Да ты видел, как этот чувак с Покровом Скорпиона пырнул другого своим магическим жёлтым хвостом? Кишки наружу, Вася! Кишки, сука, наружу!
— Ну и что? — Вася плюхнулся на шаткий табурет, заметно скрипнувший под его тщедушным телом. — Зато теперь мы знаем, что эта штука очень ценная. Там столько народу сбежалось за одним контейнером! За такой товар наверняка отвалят кучу денег!
Его глаза лихорадочно блестели, а руки тряслись от возбуждения. Шапа вздохнул — когда напарник входил в такое состояние, его было невозможно остановить.
— Значит, слушай, — Вася понизил голос до драматического шёпота, — тот студент, ты помнишь, из-за которого весь сыр-бор? Я их вычислил! Этих ребят, которых я срисовал в «Сером Медведе» перед той заварушкой. Достаточно было налить пьянчуге сторожу из Петергофской Академии Покрова.
— И что с того? — Шапа недоверчиво поднял бровь.
— А то, что сегодня я видел здоровяка из их компании! Тот громила размером со шкаф, с которым мы тогда почти столкнулись. Он вышел из Академии и сел в карету, направляющуюся в Петербург. Я успел услышать, как он назвал извозчику адрес!
— Ты следил за Академией Покрова⁈ — Шапа даже поперхнулся. — Ты в своём уме⁈
— Да расслабься ты! — Вася закатил глаза. — Я просто прогуливался мимо, заметил знакомую фигуру и проследил, куда он пойдет.
— А дальше что? — Шапа скептически поджал губы. — Если эти студенты имеют отношение к Пахомову, с ними связываться — это верная смерть. Я даже не говорю про тех арабов, которые готовы кишки выпустить за этот контейнер…
— А дальше, — глаза Васи загорелись азартом, — мы едем в Петербург! Найдем этого здоровяка и выясним, где они прячут контейнер!
Шапа покачал головой, но в глубине души понимал — выбора у них нет. Два последних ограбления принесли такую жалкую добычу, что едва хватило на еду и крышу над головой. Их небогатые сбережения таяли с каждым днем. Иногда приходилось выбирать — либо пожрать, либо заплатить за комнату.
— Ладно, — наконец сдался он. — Но мы только следим. Никаких твоих фирменных авантюр, понял? Просто выясняем, где контейнер, и думаем, как его достать без риска для жизни.
— Конечно, конечно! — Вася расплылся в довольной улыбке, которая не предвещала ничего хорошего.
К вечеру они уже были в Петербурге. Дождь моросил как из дырявого решета, превращая улицы в грязное месиво. Шапа и Вася, закутавшись в потрепанные плащи, мокли под козырьком какой-то лавки, не сводя глаз с противоположной стороны улицы.
— Ты уверен, что это он? — прошептал Шапа, стряхивая воду с отсыревшей шляпы.
— Абсолютно, — кивнул Вася. — Видишь того здоровяка? Его ни с кем не спутаешь. Два метра ростом, плечи как шкаф.
— А где рыжий и главный? Тот, что с контейнером?
— Не знаю, — нахмурился Вася. — Может, разделились? В любом случае, давай проследим за здоровяком. Наверняка он ведет нас к их логову.
Шапа вздохнул, но послушно засеменил за напарником, который, несмотря на свой тщедушный вид, двигался с удивительной ловкостью, скользя между прохожими как угорь.
Они следовали за высоким студентом почти час. Тот петлял по улицам, несколько раз останавливался у витрин, словно проверяя, нет ли хвоста. Наконец он свернул на Английскую набережную, и Вася резко затормозил, дернув Шапу за рукав.
— Стой, — прошипел он, — это же особняк Пахомова!
Они замерли, спрятавшись за углом, и осторожно выглянули. Здоровяк действительно остановился у ограды внушительного особняка с гербом на воротах. Он огляделся по сторонам и, убедившись, что никто не смотрит, быстро пересек улицу и скрылся в тенях у стены здания.
— Какого черта⁈ — ошеломленно прошептал Шапа. — Он что, собирается залезть туда⁈ Это же смертный приговор!
— Тихо, — Вася напряженно наблюдал, — смотри, он прикоснулся к стене… и… проходит сквозь нее? Магия, не иначе!
Шапа в изумлении наблюдал, как массивная фигура студента как будто растворилась в воздухе, проходя сквозь, казалось бы, твердую стену особняка.
— Вася, — он сглотнул, — мы сейчас же уходим. Ты понимаешь, куда он полез? Это же логово Ворона! Оттуда живым не выходят!
— Вот именно! — глаза Васи лихорадочно блестели. — Чтобы так рисковать, внутри должно быть что-то очень ценное. Представь, если этот студент хочет украсть у Пахомова что-то настолько важное, что готов рискнуть жизнью!
