из антикваров какие-то дела, после чего последнего убили. Для Темного
это причина, что бы начать действовать. Можно, конечно, взять его дом
штурмом, но Павла могли не держать в доме. Поэтому танковую атаку Лукьянов
решил немного отложить. Тем более что точного адреса Темного пока что
нет.
— Спасибо, — сказал Лукьянов, вставая со стула.
— Пустяки.
— Пойду, — сказал Полковник. — Через полчаса совещание у министра.
Ровно в два к ресторану в тихом центре подъехал Мерседес, следом за ним
«Ленд Краузер». Из машин вышли три человека, двое осмотрели окрестности,
а третий подошел к двери ресторана и заглянул вовнутрь. Выйдя из него,
он подал знак двум первым. Они открыли дверь Мерседеса, и из него вышел
очень важный господин.
Лукьянов двинулся ему навстречу. Охрана среагировала мгновенно. Один закрыл
Важного собой, готовясь к выстрелу, второй двинулся на незнакомца. Тот,
что стоял у дверей ресторана, выхватил пистолет и, встав на одно колено
приготовился к стрельбе, предварительно осмотревшись и убедившись, что
непрошеный гость один. Важный господин успел разглядеть человека, идущего
ему навстречу и жестом остановил охрану.
— Здравствуйте, — сказал Лукьянов
— День добрый, — ответил Важный господин. — Прямо скажу, визит неожиданный.
— Искать, где вы живёте, нет времени, а здесь, я знаю, вы бываете почти
каждый день.
— Пора менять привычки. Я так понимаю, нам есть, о чем поговорить. Прошу, — сказал Важный и показал Лукьянову на входную дверь ресторана.
Внутри ресторана было немноголюдно. Скорее это был клуб, в который не
пускали случайных посетителей. Важный прошел за свой столик. Там его ждал
слегка пьяный порученец.
— Всё нормально, — сказал порученец, вставая, когда Важный подошел к столику.
— Молодец, — сдержано похвалил Важный и предложил Лукьянову сесть за стол.
Двое охранников остались стоять у дверей, а третий прошел к выходу из
кухни. Официант получил указание и поспешил его выполнить. Важный пристально
посмотрел на Лукьянова.
— Итак?…
— За последнее время было убито несколько антикваров. Мой хороший знакомый
почти со всеми был знаком и…
— Теперь он у Тёмного, и тот считает, что Паша наводчик. Кажется, так
зовут вашего знакомого?
— А вы владеете информацией, — несколько польстил Лукьянов.
— Пустяки. Чтобы остаться в живых, нужно много знать.
— Я могу узнать, где держат Пашу и вызвать роту автоматчиков, но при штурме
его могут убить, а я этого не хочу. Вы можете убедить Тёмного, что Паша
ни причем. У меня никого нет, кроме него. Он мне как сын.
— Какая забота о красивом молодом мальчике, — съязвил пьяный порученец.
Важный повернулся в его сторону и выразительно посмотрел. Порученец понял,
что ему лучше заткнуться.
— Хотите, что-нибудь выпить?
— Воды, если можно, — сказал Лукьянов. — Голова с утра разламывается.
— Слышал, — спросил Важный и, повернулся к порученцу
Порученец встал и, словно оплёванный, пошел выполнять распоряжение хозяина.
Лукьянов, выдержав паузу, продолжил.
— Роту автоматчиков можно привезти не только к Тёмному. А повод для визита
всегда найти несложно. Это просьба. Но если вы расцените её как угрозу,
мне всё равно. Главное — Паша должен жить.
Важный молчал. Важный молчал и пристально смотрел в глаза Лукьянову. Внешне
он был невозмутим. Лукьянов в невозмутимости не уступал. Пришел порученец
со стаканом воды. Лукьянов бросил в воду «Упсу», а Важный послал порученца
еще за одним стаканом.
— Серьёзное заявление, — наконец сказал Важный. — Я такого давно не слышал.
Темный, конечно, больной на всю голову, но я ему тоже не нянька.
— Я понимаю, чем рискую, но тем не менее…
— У меня есть партнёры по бизнесу, — сказал Важный, — и мне нужно с ними
посоветоваться.
— Спасибо, что выслушали. Надеюсь, ваши партнёры тоже разбираются в происходящем,
— поблагодарил Важного Лукьянов.
Когда Лукьянов вышел на улицу, он вдруг почувствовал, что внутренне слегка
дрожит. Можно штурмовать их дома и квартиры, но угрожать этим людям не
стоит. Никогда.
Васильков сидел на ступеньках лестницы, ведущей наверх. О чем он думал
в эти минуты? О том, что Капюшон опять строит козни? О том, что его убьют
и мир рухнет? О том, что кто-то из Хранителей успеет его заменить? О том,
что полковник снова сможет его выручить? Или о том, что у него болит всё
тело и неизвестно, сколько придётся лечиться? Неважно, о чем именно, но
додумать он не успел. Дверь открылась, и в залитом светом проёме показался
знакомый здоровяк.
— Привет! — воскликнул Паша. — Ты по мне уже соскучился?
— Выходи.
На этот раз Василькова не втолкнули в комнату, а ввели. Он отметил это,
как благоприятный знак. Из троицы, что разговаривала с ним прежде в комнате
находился лишь тот, кто по предположению был главным. Как и раньше он
сидел в кожаном кресле, удобно откинувшись на спинку. Как и в первый раз
на столике справа стояла початая бутылка Мартини. Главный выгнал всех
охранников и когда они остались в комнате вдвоём с Пашей с наслаждением
затянулся сигарой.
— Кто ты такой? — вполне спокойно, но с нескрываемым интересом спросил
Тёмный, выпустив мощную струю дыма. — Последний раз такое было, когда
