- Сердце, отдай мне свое сердце, - шепчет Лион и глаза его становятся пугающе-бездонными. Да, сердце... Только сейчас я замечаю, что его грудь в крови, что кости разломаны и ужасающе торчат наружу ребра, что в кровавом месиве... ничего нет. Да, да, конечно, суетливо спохватываюсь я, он ведь не может жить без сердца, никто не способен на такое... Ему нужно дать сердце... В моей руке шевелится и бьется нечто пульсирующее и гладкое, оно тяжелит мне ладонь и ласкает приятным теплом, оно медленно скользит между пальцами и падает вниз, в отвратительную мешанину рваной плоти. И я вижу, что это. Огромный камень, похожий на рубин. Он касается тела Лиона и со смаком начинает втягивать в себя кровь, будто жадное живое существо, зарываясь все глубже и глубже. Не-ет!!! Что я наделала?
- Оливия, как ты могла...? - голос-стон Лиона становится все тише и бессильнее, захлебывается в крови, - Оливия... Оливия... Оливия...
- Оливия, проснитесь же! - мое плечо сжимала рука Паллада, но я с криком резко отпрянула, глядя на него с непередаваемым ужасом.
- Это был всего лишь сон, - недоуменно всматриваясь, то ли сказал, то ли спросил маг.
- Да, сон, - пробормотала я, отодвигаясь, - Я в порядке.
- Не хотите рассказать? - Паллад был обеспокоен, но по обыкновению скрывал это за маской вежливого равнодушия. Не скрою, я была очень напугана и хотела бы разделить свой страх хоть с кем-нибудь. Кошмары редко посещали меня, а этот был поразительно реален, четок и до безумия правдоподобен. Но холодного внимания Паллада я бы не выдержала. Только не это.
- Нет, - я отвернулась и принялась собираться. Поспешно скатывая плащ, служивший мне одеялом, доставая запасное белье из дорожной сумки, я спиной ощущала, как он ждет объяснений, но у меня не было слов, которые я хотела бы ему сказать, а еще раз врать о том, что я в порядке, было противно. Он ушел лишь тогда, когда я демонстративно принялась расстегивать одежду - кошмар прошиб меня до пота, мне срочно нужно было переодеться, пока холод не заледенил мою мокрую сорочку.
Что ж, надо было признать - я была не в порядке. В том, что я видела во сне, был какой-то смысл, было какое-то предупреждение, но к чему оно? О чем оно?
Паллад не дал мне слишком много времени на раздумья и на сборы. Мы выехали, как только достаточно рассвело.
- Нам нужно решить, что делать дальше, - не считая односложных "да" и "нет", сказанных за весь день, это была первая многословная фраза, произнесенная Палладом. Надо сказать, что и мы с Лионом разговорчивостью не отличались. Иногда я ловила на себе задумчивый взгляд лорда, замечала чуть горьковатую мимолетную улыбку на его лице и спокойствие в его жестах - теперь он куда больше напоминал того Лиона, которого я встретила в Харвизе. Он радовался тому, что я услышала его предостережение, каким бы горьким ни было это предостережение для него самого.
Но истинных причин моего молчания и задумчивости не знал ни он, ни Паллад.
Я не очень-то верила во всякие предвидения и пророчества, что особенно смешно это звучало в применении ко мне самой, не восприимчивой к магии, но увиденный мною сон был из ряда тех, что предвещают беду. Прошел не один час, прежде чем за ужасом пережитого я смогла увидеть вполне логично построенные картины. По-своему логично. Логика сна отличается от той логики, которой мы следуем наяву. Во сне причины не обязательно ведут к следствиям, во сне крона может предшествовать корням, а младенчество и старость - быть одновременно в одном человеке. Быть может то, что я увидела во сне, никогда не случится. Быть может, это только загадка, которую следует разгадать. Быть может то, что я разглядела за обстоятельностью неизбежного, всего лишь угроза, которая никогда не сбудется. Но если в одном из тысяч вариантов мне суждено исполнить то, что мне привиделось, я не буду слепым орудием Судьбы. Если делать - то с открытыми глазами.
