Зато Шема вдруг загадочно улыбнулась, достала из мешка крохотную лютню и принялась бренчать на струнах. Сначала это был просто набор звуков, настройка, проба. Чуткие пальцы медленно перебирали струны, выискивая в них единственную песню, приличествующую случаю. А когда музыка зазвучала... Странный выбор у тебя, Шема, подумалось мне. Легкая, причудливая мелодия тихо поплыла над нами, как весенний ветерок, чистый и свежий, но вовсе не о весенней грусти была эта песня. Струны запели страстью, сначало тихо, как-то крадучись, несмело, изнывая от скрытого томления и неведомой неги, потом набирая сил и темпа. Обманчивая мягкость первых аккордов сменилась обещанием ласк и буйства страсти.
О, так вот ты какая, Шема-женщина. Черные волосы, непокорным облаком разметавшиеся вокруг головы, чуть раскосые темные глаза, обещающие страсть и погибель, четкая линия чувственного рта, чуть вздрагивающие в такт мелодии в многообещающей улыбке губы, так ждущие жаркого, до крови поцелуя, сильные руки, привыкшие к оружию, но куда охотнее дарящие ласки... безумные ласки...
- Пойду, принесу воды, - хрипло сказала я, поднимаясь, как только отзвучали последние такты мелодии. Музыка пробудила во мне странные чувства, неведомые прежде желания, они беспокоили меня, приводили в полное смятение. Мне хотелось побыть одной, разобраться в себе, понять, что происходит. А еще мне нужно было поговорить с Палладом. Немедленно. Прямо сейчас.
- Вы меня не проводите? - прямо спросила я мага, удивляясь, почему такая простая идея не пришла мне в голову раньше, - Уже стемнело.
Но ответить он не успел, а только чуть недоуменно вскинул на меня глаза. Похоже, мое поведение так сильно отличалось от обычного, что ставило его в тупик.
- Я провожу, - неожиданно подхватилась Шема, откладывая лютню и вставая, - Самое время проветриться.
Мне оставалось только уныло собрать баклаги для воды и поплестись к выходу.
Ручей протекал недалеко, нужно было только обойти скалу, за которой мы устроили лагерь, и спуститься по каменным уступам, напоминающим ступеньки. Идти приходилось осторожно - в полутьме, освещаемой лишь бледным светом крупных звезд, легко можно соскользнуть и упасть в расщелину, на дне которой бежал ручей, быстрый и полноводный по весне. Мелкие камешки хрустели под ногами и осыпались вниз сухим дождем.
Вода была чистой и ледяной. Я с удовольствием напилась, морщась от того, как от холода ломит зубы, прополоскала баклаги...
Шема молча стояла рядом, прислонившись спиной к большому валуну и наблюдая. С ней говорить мне не хотелось, я чувствовала ее скрытую враждебность, но она сама начала разговор.
- Паллад из тех, кто сам выбирает себе женщину, а не наоборот, - вдруг сказала она, даже не пряча насмешливости в голосе, - Заигрываниями его не возьмешь.
Ах, вот, значит, как было понято мое желание поговорить с ним наедине.
Я рассмеялась.
- А ты, похоже, уже пыталась и проиграла?
Шема одним коротким прыжком оказалась рядом, ее горящие темные глаза готовы были прожечь во мне дырку.
