Этот молодой парень минут пять прилаживал к ложу натяжной ворот, изготовясь к тому моменту, когда лучники уже завершали учёбу. В процессе стрельбы по мишени полупудовое оружие ходуном ходило в его руках. За три минуты он едва сделал два выстрела, умудрившись на третьем порвать тетиву. Меня же удивил шум, производимый при выстрелах из луков и самострела, ранее мне казалось, что они бесшумны, тут же хлопок при ударе о налучье был немногим тише звука выстрелившей пищали.
— Больше за жалованьем не приходи — бросил Афанасий стрелецкому голове — пущай твои скоморохи по дворам, народ потешая, корм находят-
Потом осмотрел изорванные луки и гаркнул сбившимся в кучу бойцам:
— Тетива эт вам не жена, о ней забывать нельзя, её кажный день смазывать надобно. На жонке един раз женился, потом до конца дней щти жри, а струну лучную год холишь да лелеешь, а потом едину битву пользуешь-
Следующим пунктом программы шли упражнения пушкарей. Они вытащили две тяжёлые пищали довольно хищного вида. На трёхколёсных станках, с длинными узкими стволами и заряжанием с казны они напоминали образцы артиллерийского оружия из иномирного будущего.
— Дедовское наследство — не разделял моего восхищения Бакшеев — Ныне на Москве по-настоящему добрые пушки льют, медные, да с глухим тылом, не хуже немецких —
При изготовке к стрельбе орудий, старший пушкарь попросил нас отъехать подальше:
— Пищали давненько кованы, как бы по сварке не лопнули, поберегись, княже —
После заряжения и прицеливания артиллеристы сунули в запальные отверстия раскалённые прутья. Послышалось громкое шипение и только через пару секунд выстрелы. Вылетевшие ядра было видно невооружённым взглядом. Навели орудия мастера пушечного дела знатно. Снаряды стукнулись о лёд в ста шагах и поскакали далее как мячики, рикошетя от поверхности замёрзшей реки.
— Знатно выцелили, да и порох добрый сотворили — выдал первую похвалу за день рязанец — таковая пальба врагов кладёт, как коса траву —
Внимательно рассмотрев пушки, я понял, что большинство элементов их конструкции определялось качеством наличного пороха. Горел он чрезмерно медленно, поэтому для придания снаряду необходимой убойной силы требовалось удлинять стволы. Длинные и узкие орудия снаряжать с дула было крайне затруднительно, для этого требовалось каждый раз при заряжении опускать ствол, да и банник для проталкивания зарядов должен был быть чрезмерной длины. С казны пушки изготавливались к стрельбе с помощью особых запирающих камор, закрепляемых клиньями или поворотом. Однако такое устройство казённой части приводило к значительному прорыву пороховых газов, что требовало ещё большего удлинения ствола.
Поэтому переход к цельнолитым пушкам, снаряжаемым с дула действительно выглядел некоторым прогрессом, позволявшим сократить длину, снизить массу, а также увеличить надёжность орудия.
Завершала учения симуляция боя стрелецкой пехоты против конницы, действующей по татарской тактике. Пищали были заряжены вхолостую, лучникам раздали стрелы с глиняными наконечниками.
Городовые стрельцы выстроились в две шеренги, раскурили фитили, и, опёрши ружья о воткнутые в утоптанный снег бердыши и длинные топоры, стали ждать нападения.
Конники атаковать не торопились и, маяча на изрядном удалении, изредка с разгона стреляли в строй обороняющихся. Стрелы были не боевые, но били довольно больно, да и потерять зуб или глаз желающих было мало, поэтому среди стрельцов раздались крики призывавшие покончить с этой дуростью и закончить побыстрее честной дракой.
Совершенно внезапно 'татары' перестроились в колонну по двое и рванули на полном ходу в обход нашего левого фланга. Переругивающиеся пехотинцы не сразу заметили этот манёвр, а поняв, что это не шутейно, заметались, пытаясь развернуть фронт. В итоге выстрелить успело не более половины стрельцов, да и то в разнобой, большинству сектор стрельбы перекрыли собственные сослуживцы. Конница, огибая левый край строя, торопливо опустошала колчаны. Особенно отличился Байкильде, который, вереща что-то весёлое, бросал по две стрелы сразу. Попавшие под массированный продольный обстрел солдаты и не помышляли о перезарядке оружия или о меткой стрельбе во врага, заботясь лишь о том, чтоб укрыть локтем лицо от вражеских стрел. На несколько сотен оперённых подарков, выпущенных с убийственно близкого расстояния, стрельцы ответили редкими выстрелами, да плотной бранью.
Результат учений меня несколько расстроил, Бакшеев лишь махнул рукой:
— Ничтоже удивительного мурзёнок не показал. Завсегда так татары воюют, своим правым чужое левое крыло охватывают. Стреляют, пока враг не побежит, уж тогда за сабли берутся-
— А если в такое место встать, где не обойти? — интересовался я вариантами противодействия такой тактике.
— Тогда бесермены вовсе на битву не выйдут. Отъедут к окоёму и дразнить станут. Дурных среди них мало осталось. Тока если пятеро к одному вражин окажется, да великая нужда степняков подгонять будет-
