Лежа на сидении видно было плохо, Джон попытался поменять позу и после небольшой возни справился и с этим. Тем временем Асур завел машину и, не включая свет, двинулся с места. Учитывая почти полную темноту вокруг, стало понятно — японец обладает остротой зрения кошки.
Почему не зажег фары?
Предчувствие никогда не обманывало Джона, вот и сейчас он почувствовал мандраж и легкую нервную дрожь в грубо связанных кистях. Подсознание завопило об опасности прямо вслух.
Куда он меня везет? К арабу на свидание? Не похоже.
Ба! Да ведь это банальное похищение.
Мысль о немедленном побеге самостоятельно выбралась из запертого ящика и постучала в мозг. Да что там «постучала», принялась бешено колотить всеми многочисленными конечностями и отростками.
А ведь шейха сейчас вообще нет в лагере, подготовка к захвату колонны должна быть в самом разгаре. Джарваль почти наверняка лично присматривает за наемниками. Им доверять нельзя — ленивы и безынициативны, так норовят пустить все на самотек. Лишнего движения без грубого окрика надсмотрщика совершать не намерены. А хорошая ловушка требует серьезной и вдумчивой проработки и такого же тщательного исполнения.
Джон опять немного поерзал на сидении, подтянул руки к подбородку. Япошка учел собственную оплошность, теперь кисти были связаны иначе, дотянуться зубами до веревки у него не получилось, сколько ни вытягивал шею.
Мысленно выругавшись, Джон принялся крутить головой. В машине должны быть хоть какие-то выпирающие части, если потереть веревку об острые металлические заусенцы, она не устоит и порвется. Сейчас ему просто позарез нужная свобода.
Сколько ни искал, ничего подходящего не нашел. Слишком современный автомобиль не оставлял даже малюсенький шанс на побег. Все детали корпуса тщательно подогнаны друг к другу, отполированы до блеска или выкрашены в защитный цвет. Настоящее американское качество времен былого расцвета цивилизации.
Тем временем джип покинул территорию базы, и якудза наконец-то включил дальний свет. Скорость заметно подросла, идея покинуть автомобиль на ходу сразу потеряла актуальность. Прыгать из машины на каменистый грунт со связанными руками — бесперспективная затея. Ломать руки и ноги Джону пока не хотелось, должен быть иной способ.
Примерно через час автомобиль притормозил посреди пустыни, несколько раз моргнул, переключаясь с дальнего света на ближний. Со зловещим шорохом из темноты ночной пустыни возникли неясные темные фигуры. Якудза быстро и негромко отдал распоряжения на незнакомом языке, тон и мелодичность произносимых фраз неуловимо поменялись. Не особо разбираясь в азиатских наречиях, Джон тем не менее насторожился: язык был другой, более мелодичный по сравнению с японским. Возможно, китайский или вьетнамский, но он не был уверен до конца. Кто их разберет, этих узкоглазых.
Распахнулась дверца джипа, крепкие руки ухватили пленника за одежду, потащили в темноту, неловко уронили на песок. Вновь зарычал двигатель, постепенно удаляясь. Джон остался наедине с «призраками пустыни» в полной темноте.
Вот тебе и раз…
Вмешалась третья сила. Нужно срочно выявить: кто похититель, и с какой целью совершено похищение? Всеобъемлющая инструкция на подобные ситуации, увы, не распространялась.
— Ну и что дальше? — довольно грубо спросил Джон в пространство, ни к кому конкретно не обращаясь. Миндальничать теперь не имело смысла, как раз наоборот, требовалось разозлить похитителей, заставить вступить в диалог.
Не вышло. Ответа не последовало. Его подняли, поставили в вертикальное положение и неприятным тычком в спину задали направление — прямиком в бескрайнюю пустыню. При отсутствии выбора капризничать бессмысленно и опасно для здоровья. Джон не спеша пошел вперед, мысленно пожелав, чтобы дорога не оказалась слишком длинной.
«Призраки» держались далеко позади, вне поля зрения, оглядываться и крутить головой по сторонам можно сколько угодно, все равно ни черта не увидишь. Темно, как ночью.
Он напряг слух, насколько это вообще возможно в его положении. Шаги чуть слышны, у конвоиров удивительно мягкая обувь, осыпающийся песок, шуршание одежды, едва уловимое сопение одного из сопровождающих.
Происходящее все меньше и меньше нравилось Джону, и все же в душе он был немного рад, что покинул бетонный склеп. В пустыне гораздо больше шансов обрести свободу. Однако действия японца потребовали осознания произошедших событий.
Правая рука шейха выкрал пленника прямо из-под носа хозяина и передал своим подельникам-азиатам? Должны быть очень и очень веские причины, чтобы идти на подобный риск.
После предпринятой попытки бегства пленника стали охранять гораздо качественнее. Двое «призраков», ухватив за одежду, волокли Джона вперед. А еще один или двое держались чуть позади, наизготовку, чтобы моментально догнать, свалить, скрутить, припечатать к земле и насовать зуботычин.
