― Без ордена рассечённой луны ваше пробуждение не состоится, молодой граф. Вы погибнете. Просто ещё не знаете об этом. ― вновь начал властно говорить старый голос. ― И да, орден даст все ответы на ваши вопросы. Но прежде необходимо решить, готовы ли вы стать членом Ордена расколотой луны?
― Готов! ― выпалил я.
― Спасибо за разрешение, молодой граф.
― Разрешение на что?
Внезапно я ощутил, что всё моё тело онемело. Я не мог и пальцем пошевелить.
Кровь застыла, я вглядывался в темноту и только догадывался о причинах моего остолбенения.
Это определённо связано с вытекающей кровью из ладони. Я чувствовал, будто через эту рану некто могущественный завладел моим телом.
Ибо сама рана горела адским пламенем, а вся кровь, что вытекла, будто начала вскипать.
Хотелось заорать от боли, но не получалось. Я собою не владел.
Через мгновение я почувствовал, как с меня кто-то стащил сюртук, затем сорочку.
Это ещё зачем?
Но не успел я задаться этим вопросом, как ощутил обжигающую боль в плече. Такую, что терпеть было бы невозможно.
Если бы я владел собой, то любыми способами прекратил бы жгучую боль. Но она продолжала меня испепелять.
Казалось, что мне ставили клеймо раскалённым железом. Однако, шипящих звуков я не слышал. Звуков вообще не было. Всё происходило в звенящей тишине.
Закончилось всё так же быстро, как и началось. Я овладел собой в одно мгновение, боль тут же прекратилась, от бессилия я обвалился на пол.
Затем я попытался посмотреть, что с моим плечом. Наступил тот единственный момент, когда в кромешной тьме я что-то обнаружил.
На моём плече едва поблёскивал белым светом знак расколотой луны.
― Теперь ты кандидат в члены ордена расколотой луны. ― спокойно проговорил старый голос.
― К-кандидат? ― запинаясь спросил я, не понимая, что происходит.
― Именно. Орден расколотой луны ― это не детский лагерь. Так просто сюда не войти, даже по приглашению. Вам, Павел Андреевич, необходимо будет доказать свою приверженность ордену, ― меня не покидало чувство, что он улыбался, ― Но когда мы убедимся в ваших намерениях, то род Евграфовых воспрянет.
Он сделал паузу.
― Когда-то Илларион Евграфов поднял весь род с колен. Уверен, Ваше Сиятельство тоже в этом преуспеет. Но всему своё время.
― Мой дед… ― сказал я отрывисто, ― Илларион. Он был…
Я хотел задать массу вопросов, которые будоражили мой разум. Но я не мог никак собраться с мыслями. В голове творился хаос.
― Мы вновь встретимся, когда вы, Павел Андреевич, исполните волю расколотой луны.
― Но как? ― вопрошал я.
Однако, вокруг уже никого и ничего не было. Тьма растворилась, я вновь стоял в пролёте на шестом этаже.
По порядку шли: деревянная дверь, кожаная дверь, деревянная с медными вставками и…
Всё?
Четвёртой двери не было. Свечей тоже. Под потолком шатался рыжий фонарь.
Я был полностью одет. Будто с меня не снимали ни сюртук, ни сорочку. Я резко расстегнул всё, оголил плечо и посмотрел на него.
Метка осталась. Правда, она не светилась. Лишь едва заметным шрамом красовалась на плече. Расколотая напополам луна.
Значит, всё, что произошло, было реально.
Фонарь продолжал шататься по причине мне неизвестной. Шатание сопровождалось скрипом. Скрип меня раздражал. Я гневно посмотрел на этот чёртов фонарь и произошло странное.
Он перестал шататься. Остановился.
Будто подчинился моему приказу.
Тут в голове у меня начала выстраиваться цепочка событий. Если верить старому голосу, на моё двадцатипятилетие у меня начали проявляться родовые способности.
Весь день я наблюдал их проявление, но каждый раз это было хаотичное проявление.
Если я злился, что-то обязательно ломалось. Когда я в первый раз разозлился, упала картина. Оборвалась проволока. Неужели это сделал я?
Потом взорвалась папироса прямо во рту. Это видел и Константин, он сможет подтвердить. Я же не сошёл с ума в конце концов!
Треснувшее зеркало! Когда я уходил и разозлился из-за возгласов Софьи.
Совпадения?
Я посмотрел снова на фонарь и приказал ему начать раскачиваться из стороны в сторону.
Но ничего не произошло.
Ну, разумеется. Что могло произойти? Ты идиот, Евграфов? Тебе только что устроили дешёвый спектакль!
Пока ты здесь ошивался, небось ограбили или захватили мануфактуру.
Да что я несу! Какой ещё захват мануфактуры, если она убыточна? Проще уже купить у меня её задарма, чем устраивать такое рискованное мероприятие.
Я спокойно спустился вниз, там меня послушно ждал Гена. Как только он увидел меня, тут же встрепенулся и подбежал.
― Павел Андреич, ну слава богу вы целы, я уж распереживался!
― Что случилось, Ген? ― спросил я отстранённо.
Он нагнулся вперёд и начал говорить в полголоса.
― Павел Андреич, только не поворачивайтесь. Мне кажется, что за нами следят.
Он кивком головы показал, где именно находятся следящие. У меня за спиной.
― Кто? ― спросил я шёпотом.
― Двое в зелёном Доубл модель «Е». ― он отстранился. ― Мы смогли их запутать, когда вы приказали разворачиваться и ехать в противоположную сторону от вокзала. Но потом снова нашли. Подозрительно.
― Обсудим в мобиле. ― сказал я коротко.
Он кивнул и мы сели. Я тут же обернулся, чтобы посмотреть на этот Доубл.
