Увы, нам всем в этот момент было не до новых атак. Я все силы сосредоточил на поглощении энергетического резонанса, вызванного контрударом противника. Энергия в Источнике колебалась, угрожая выплеснуться неуправляемым потоком, кости болели, мышцы непроизвольно сокращались…
Но я держался. И, как только немного стабилизировал Источник, тут же нанёс треснувшим, но не сломавшимся клинком. Попал. Правая рука, которой закрылся маг, брызнула кровью.
Остальным тоже было нелегко. Мегорский стоял полусогнутый, схватившись за верх живота, явно тоже пытаясь сдержать Источник. Если он не удержится — всю лестничную клетку затопит пламенем.
А Оля просто упала на колени. Из ушей девушки текла кровь, по щекам катились слёзы бессилия, всё её хрупкое тело билось в судорогах…
И вот она, похоже, быстро утратила контроль над своим Даром.
Я первым уловил изменения в эмоциональном фоне. Не прекращая ослаблять ментальную броню врага, я оттянул часть сил — и начал формировать вокруг девушки плотный ментальный щит.
Не для её защиты — для защиты остальных от её неконтролируемого удара.
В первую очередь я выстраивал кокон вокруг эмоциональной сферы Оли. Потому что уже через пару секунд замешательства все присутствующие ощутили всплеск её силы на себе.
— А-а-а! — в животном ужасе вскрикнул Мегорский, исступлённо тряся головой. Его лицо, и без того пребывающее в нелучшем виде, стало похожим на маску смерти, исказившись от обуявшей графа паники.
А ведь эмоциональный импульс Оли был направлен отнюдь не на него. Хоть я тоже на миг пришёл в смятении от удара, но достаточно ослабил его свои коконом.
Ведь и не я был его основной целью.
Враг, истекающий кровью, шагнув назад, начал заметно крениться набок. Руки его свесились безвольными плетьми, плечи тряслись.
Оля явно неосознанно направила основной удар на него. А я к этому моменту уже успел вскрыть его разум, поселив в нём зерно неуверенности в своих силах…
Даже ослабленный моим коконом, Дар девушки оказался для противника разрушительным.
Если бы не моя подготовка, уверен, ярость практика затмила бы страх. Теперь же он глухо хрипел, бездумно вращая головой. Я тут же оттолкнулся выставленной вперёд ногой, бросая тело вверх и вновь ударяя мечом слева направо.
Лезвие выдержало. Дрогнуло, с хрустом врезаясь в его бычью шею, но выдержало. Чёрное окрасилось алым, из разрубленного горла хлынула кровь. Третий удар наконец ранил его по-настоящему смертельно.
Но ничего на этом не закончилось. Бегущие снизу стражники уже поднимались на наш пролёт… А в умирающем практике забурлила бесконтрольная энергия.
Посмертное проклятие⁈ Или просто выброс, какие часто бывают при смерти сильных магов?..
Я развернулся к графу, бесцеремонно впечатывая кулак ему в живот. Пусть продышится.
— Брось труп в стражников! — крикнул я ему, увидев в глазах огонёк разума. — А потом за мной, если жизнь дорога!
Тело врага уже вовсю трясло. Хлещущая горлом кровь окрасилась в голубоватый цвет и засветилась, ткань одежды начала рваться… Граф тоже это увидел. И явно понял, к чему дело идёт.
Пока очухавшийся Мегорский взваливал на плечо истекающего кровью мужчины, я поднял рыдающую и дрожащую Олю, подхватывая её на руки. После чего бросился в дверной проём.
Граф не оплошал. С яростным рыком бросил трясущееся тело через плечо, и тот с грохотом покатился вниз, на автоматчиков. Раз при жизни он служил всякой мрази, пусть хоть после смерти сделает благое дело.
— Огонь!!! — взревел один из врагов, вскидывая чёрный ствол.
— Быстро! — одновременно с ним прорычал я, поднимая меч и выставляя между нами воздушный щит. С плачущей девушкой на руках это было непросто сделать, но у меня получилось.
Я вложил в него всё, что успело накопиться за время подъёма по лестнице. И не зря. Первые автоматные очереди с оглушительным грохотом врезались в золотистый барьер, закручиваясь в ураганном воздушном потоке и теряя энергию…
Но сейчас здесь случится то, что сомнёт мой щит как картонку! Я мгновенно обратил щит в мощный воздушный поток, поваливший ближайших стрелков на ступеньки, а нас с Олей и графом отбросивший прямиком в офис.
А потом количество выплеснувшейся из погибшего практика энергии наконец превысило меру. Раздался оглушительный свист, и стало ясно — до взрыва остались секунды.
На лету я сгруппировался, прикрывая напуганную девушку собой. И полностью сосредоточился на контроле ментальной энергии. Кокон вокруг девушки больше не нужен, как и щупальца для покойника.
А значит все имеющиеся силы можно пустить на плотный щит от взрывной волны. Хоть и с огромными потерями, но ментальную энергию ненадолго можно материализовать. Что я и сделал…
Между нами и лестничной клеткой вспыхнула мутная серая пелена. А затем прогремел взрыв.
Всё помещение на миг озарила ярчайшая голубая вспышка, заставившая всех рухнуть на пол. А потом пришла ударная волна. А ещё звуковая и тепловая.
Дерево пола тут же вспыхнуло, как и ткань у меня на ногах. Пришлось из последних сил творить новые воздушные потоки, сбивая пламя с ткани. Но боль всё равно оказалась сильной…
