— Конечно, в курсе! Как будто в первый раз! Главы гильдий, как обычно, встретились, потрещали, обменялись угрозами… и закончилось всё миром и выплатой компенсаций, — поведали мне.
— Понятно. А часто такое бывает?
— Ну-у-у… как тебе сказать… — ответила та, что записывала мои данные. — Стычки случаются часто, а вот войны между гильдиями уже давно не было.
Я попил чаю, оставил им фрукты и, пока кумушки не придумали новый предлог, чтобы задержать меня, выскочил за дверь.
И сразу столкнулся лицом к лицу с Гордоном. Тот, окинув меня взглядом, хмыкнул:
— Значит, в курсе.
— Да, кэп.
— Тогда загляни в кладовую, — бросил он и пошёл дальше по коридору.
— Кэп, а когда следующий рейд?
— Нас отправили в отпуск. На неделю, — ответил он не оборачиваясь.
Проводив его взглядом, я направился к Хмурому. Было интересно, что нам выдали в качестве компенсации за нападение. Кладовщик, увидев меня, без слов принёс серебристый бокс. Я открыл его, и мои брови поползли вверх от удивления.
«Вот это, мать его, компенсация!» — невольно мелькнуло у меня в голове. Я сжимал в ладони пять белых светокри! Их холодный свет пробивался сквозь пальцы… Целое состояние! Оглянувшись по сторонам, быстро запихнул их в имплант. Белые светокри — редкость, их ценность в том, что они качают статы без ограничений. Каждый шарик — плюс три очка к характеристикам. «Мои драгоценные, вас папочка прибережет на потом», — ухмыльнулся я, как кот, нажравшийся сметаны, и рванул вверх по ступенькам в логово Ампа.
— Еще-е-е, я хочу еще! — раздался с потолка протяжный голос.
Я замер. Голос Ампа звучал странно, безжизненно.
— Что с тобой? — насторожился я.
— Еще-е-е… — продолжал он.
Я начал пятиться к двери. «Видимо, ему плохо. Зайду позже, когда его починят».
— Эй, стой, бро, ты куда? — голос Ампа вдруг ожил.
— А? — выдавил я.
— Да все норм, бро! Ха-ха, видел бы ты свое лицо! Я полночи это репетировал! — залился смехом мозг в банке.
— Шутник, блин… А я тебе новые войсы принес, — потряс я в воздухе парой пластинок.
— Еще-е-е… — заныл Амп.
— Понял, понял, сейчас, — бросил я, вставляя пластинки в приемник.
— Спаси-и-и-бо! Ух, это что-то новенькое! «Нейропастырь Мигидон»? Ну-ка, ну-ка…
В зале грянула музыка, нарастая с каждой секундой.
— Обожаю драмм! Ты, наверное, за файлами про мутантов пришел? — прокричал Амп через грохот.
— Да! Сделай потише, пожалуйста! — крикнул я в ответ, закачивая файлы в нейро.
Музыка стихла, и я углубился в изучение данных.
— Слушай, Амп, наш инженер выдал какой-то обруч итьютору, и после того как тот его надел, из парня будто душу вынули.
— Обруч Гекатона? — уточнил Амп.
— Не знаю, как он называется.
— Дрянной прибор. Его создали для блокировки способностей мутантов. Вот твой итьютор и поплыл: по сути, вы его сознание отключили.
— Спасибо, — пробормотал я, листая файлы дальше.
Из информации, которую подготовил Амп, следовало, что мутанты — своего рода телепаты. Они живут огромными колониями, называемыми роями, с жесткой кастовой системой и чем-то вроде коллективного разума. От одной мысли об этом по коже побежали мурашки.
Второй важный момент — итьюторы. Полукровки, смесь мутантов и людей. Как они появлялись, неизвестно, но раз в несколько месяцев мутанты передавали таких детей через гильдии в город, где их размещали в приютах.
Теперь стали понятны и поведение Валеба, и вспышка кэпа из-за слов Ролина. Жить, зная, что ты потомок мутантов, — тяжелая ноша.
Закончив с файлами, я собрался уходить, но Амп остановил меня:
— Подожди, Алан. Это секретная информация. Удали файлы и держи язык за зубами.
— Спасибо, Амп, — кивнул я и очистил нейро.
— Удачи, чел, — донеслось мне вслед.
Спустившись к казначею, я получил свои 250 тысяч синтэксов. «Неудивительно, что черные взбесились, — промелькнула мысль, — заказ был серьезный», — и с улыбкой на лице направился к выходу, подмигнув по пути Сейлин.
Теперь, уже на электромобиле, мой путь лежал в клинику к деду. Застал я старика у входа, где он мило болтал с медсестрами. Заметив меня, они кивками дали пациенту понять, что пришел его внук. Дед обернулся, помахал рукой, и мы обнялись. Его лицо светилось, как у ребенка.
— Все, женюсь! — заявил он решительно в больничном коридоре.
— Что? — я чуть не поперхнулся.
— Решено, женюсь, — повторил он серьезно.
— Ты чего, старый, удумал? — пропустил его в палату первым.
Дед присел на кровать, хитро улыбнулся и продолжил:
— Ох, Алан, ты бы знал, что она вытворяла этой ночью…
— Дед, пощади! — перебил я, еле сдерживая смех. — Ты себя нормально чувствуешь? Какая свадьба в твоем-то возрасте?
— Какая? Обычная! Я еще ого-го! — выпалил он.
— Может, тебя еще на пару дней тут оставить, для профилактики?
— А можно? — загорелся он.
— Нет, — отрезал я.
— От тебя правнуков не дождешься, все надо в свои руки брать! — воинственно заявил он.
— Дед, давай успокоимся. Я не против, но не спеши. Знакомство, ухаживания… Вспомни, как за бабкой ухаживал. Ты ведь королевский гвардеец!
— А ведь правда… Слушай, внучок, может, все-таки меня тут еще на денек оставишь?
— Дай угадаю: ликер закончился?
