– Лет тридцать назад мне многое в голову не приходило. За эти годы многое изменилось, и я очень надеюсь, что эти перемены к лучшему.
– По-моему, нам не стоит гневить богов жалобами.
– Если не считать того, что из архимагесс я скатилась до уровня ученицы, которая никогда не станет магистром, почти потеряла родных, действительно, поводов жаловаться у меня больше нет.
– Прости, ты сказала «почти»?
– У меня не осталось живых потомков, они сейчас в лучшем мире, но, если быть откровенной, то кое-какую родню я обрела.
– Похоже, что ты решила поведать о твоей будущей личной жизни?
– Рано еще, – усмехнулась бывшая архимагесса, – получу статус магессы, потом присмотрюсь к неженатым. Я про то, что раньше, как ты помнишь, я не слишком жаловала вашу троицу, если быть до конца откровенной, то даже не желала отправляться на Иллинор вместе с вами. Теперь это в прошлом, вы стали для меня чем-то большим, чем просто соседями, ближе чем просто друзьями.
– Мне очень приятно это слышать, Аргела. Наверное, не погрешу против истины, если скажу, что ты для нас стала больше, чем просто подругой. Как ты смотришь на то, чтобы войти в Дом Ларр?
– Не обижайся, но Аргела-са-Ларр звучит как-то не очень красиво.
– Вообще-то, предлагая войти в Дом Ларр, я подразумевал полноправное членство.
– У Дома Нухат длинная и славная история. Полагаю, политически, правильнее иметь еще один темный Дом.
– С одной оговоркой, глава Дома леди Аргела!
– Какой?
– Мы продолжим относиться к тебе как к родной.
– Договорились. А теперь будь добр, сходи и принеси пару бутылочек своей младшей родственнице! – рассмеялась Аргела.
Так, надо запомнить, что похмельную Аргелу – вчера мы существенно уменьшили мой запас пива – очень легко вывести из себя. Утром меня разбудила Фиола, сообщившая, что она кричит на Лианию так, что, того гляди, свод пещеры рухнет на наши головы.
– Ну, неужели тебя саму не коробит от твоего расчета? – возмущалась бывшая архимагесса, – всего-то надо было уменьшить расход силы на простейшее освещающее заклинание, а ты что?
– Вот и мне интересно, что именно сделала Лиания? – вмешался я, – для начала хочу услышать объяснения Лиании, затем мнение Аргелы.
– Обычная гармонизация с учетом ауры, – пожала плечами девушка.
– Ни демона не понимаю. Ты гармонизировала стандартную освещалку?
– Да, Трэшшен, стандартное заклинание освещения.
– Тогда на кой демон здесь столько всего? – слава матери-богине, я вовремя заметил гримасу бывшей архимагессы и заткнулся, не успев опозориться из-за непонимания основ светлой магии.
– Моих познаний не хватает, чтобы дальше уменьшать количество параметров заклинания, – произнесла ученица, потупив взор. Я кивнул Аргеле.
– Лиания перестаралась, она не только попыталась гармонизировать заклинание, но и уменьшить количество параметров. В итоге, управление светом еще и ограничивает перегрузку заклинания. Это нарушение основы основ – управление заклинанием и управление его подпиткой должны быть всегда разделены. Кроме того, она не ограничила яркость. Эта освещалка будет выжигать глаза всем окружающим пока Лиания не истощится. Одна управляющая линия тут не поможет, заклинание высосет силу мгновенно.
– Полагаю, дело в небольшой рассеянности из-за длительного пребывания в Подземелье и отсутствия общения с равными по статусу сверстниками, – усмехнулся я, – Лиания, намек понятен?
– Я поняла. На сколько диктонов мне дозволено отлучиться?
– На столько, сколько понадобится, чтобы ты вернулась отдохнувшей, довольной жизнью и готовой дальше учиться.
Демон, демон, демон! Я расхаживал из угла в угол, обдумывая варианты, но ничего дельного на ум не приходило. То странное отсутствие реакции лишенных на весть о возрождении Иллинора было затишьем перед бурей. Эти плоды противоестественного сношения тухлого некрозверя и демоницы решили, что не стоит рисковать, отправляя войска на остров. Вместо этого они всю зиму копили и перебрасывали силы в сопредельные с Легланором страны, размещая их как можно дальше от Сумеречных гор. Скрыть такое большое количество солдат было невозможно. Я подозреваю, что даже легланорские собаки судачили между собой о подготовке лагерей для прибывающих войск, о марширующих по дорогам отрядах. К сожалению, до нас эти сведения не доходили – королевская чета Легланора объявила всех лишенных, признавших нашу власть, изменниками, любого, кто осмелится даже поздороваться с изменником, ждало четвертование.
