Наконец, взобравшись на кромку обрыва, Торвин махнула рукой Добрыне. Обоз, скрипя, прокатился по шаткому мосту и сошёл на берег. Поначалу всё было совсем неплохо. Каравай, ведомый под узцы Добрыней, послушно упирался копытами, Вольник слегка толкал возок сзади, дядька Зуй с дочками бодро топали рядышком. Потом дорога взяла круче. Каравай быстро взмок, начал тяжко водить боками, и Добрыня всё чаще покрикивал на него, чтобы тот не замедлял шаг. Несмотря на понукания и все старания Вольника, настал миг, когда силы подвели старого коня. Он оступился, испуганно фыркнул и встал. Тяжёлый возок потянул его назад. Каравай заскользил ногами по глине и, не удержавшись, начал пятиться, осаживать под откос. Дядька Зуй бегом подскочил к возку и упёрся руками в его задок рядом с Вольником. Добрыня, вскрикнув: "Ну, мёртвый!", живо потянул Каравая вперёд, но тот только задирал голову да ещё больше провешивал постромки. Сочувствуя им всем, Нарок отвлёкся от порученных ему зарослей камыша и даже едва не кинулся на подмогу, но тут к нему прилетела стрела. Хорошая, работы городского оружейника, с ровным древком и острым гранёным наконечником. Стрелявший допустил ошибку: вместо того, чтобы пронзить патрульного, она застряла в куртке, всего лишь оцарапав ему бок.
Дальше события понеслись вскачь, словно ополоумевшие кони. Сперва Нарок стрелял по камышам, почти не целясь, лишь бы не дать засевшим в них стрелкам высунуться, потом услышал свист Торвин, поднял на неё глаза и увидел, как она гонит кого-то по склону через заросли. Удар саблей, короткий вскрик. Торвин развернула Тууле и огляделась вокруг. Пятеро нападавших неподвижно лежали в камышах, а шестой так шустро удирал вглубь зарослей, что догонять его уже не было ни малейшего смысла.
Теперь настало время позаботиться об обозе. Нарок глянул на него — и галопом рванул на подмогу: Каравай продолжал упрямиться, дядька Зуй сидел на земле, прижимая к себе раненную руку, девчонки хлопотали вокруг него, а возок из последних сил удерживал от падения один только Вольник! Соскочив с коня, Нарок поскорее упёрся плечом в возок рядом с ним, другой стороны подбежал Добрыня, Каравай вдруг опомнился и налёг, и возок медленно, но верно пополз вверх.
Вытолкавшись на ровное, Добрыня сразу же застопорил задние колёса возка палкой, ослабил на Каравае супонь и подпруги и без сил опустился на землю. Вольник тоже со стоном рухнул в траву рядом с ним.
Настало время подводить итоги переправы и последовавшей за ней стычки. Торвин застрелила троих нападавших, одного зарубила саблей, ещё двоих догнали стрелы Нарока. Возок уцелел, но Добрыня и Каравай явно нуждались в отдыхе. Бедный Вольник тоже выглядел плоховато. Он пластом лежал в тени возка. Похоже было, что парень крепко надорвался, хоть и утверждал, будто готов двигаться дальше хоть сейчас. Рана дядьки Зуя оказалась не очень опасной, но кровоточила довольно сильно: стрела пробила ему навылет мышцы плеча, не задев кость. Омела перевязала его лоскутами какой-то ветоши, нашедшейся у Добрыни в возке. Зуй тоже говорил, что уже готов идти, хотя вид имел бледный и то и дело болезненно морщился, едва шевельнув рукой. Торвин понаблюдала немного за ними, а потом, скрепя сердце, приняла решение: "Стоим до полудня. Дальше посмотрим, как пойдут дела."
Умница Тиша поймала и привела к возку брошенного в суете Воробья. Но едва Нарок собрался расседлать коня, Торвин остановила его и отозвала в сторонку.
— Стоянка — это для обоза, — строго сказала она, — Для нас с тобой — наоборот, усиленный караул. Кто знает, скольких мы упустили? Это люди, не ракшасы. Они вполне могут попытать счастья ещё раз. Но прежде всего надо сделать одно важное дело: пойди-ка собери стрелы по камышам.
— Да где я там теперь чего найду! — вяло возмутился Нарок.
— Найдёшь. Потому что если стрелы не соберёшь ты, то их подберут разбойники. Думаешь, откуда у лесной братвы наши стрелы, с бронебойными наконечниками? Впрочем, их стрелы тоже бери. Пригодятся для охоты.
Вернулся из камышей Нарок с хорошим пучком стрел и в глубокой задумчивости. Все погибшие разбойники оказались ему знакомы. Это были те самые парни, вместе с которыми он прошлой ночью гулял на вечёрке.
Примечания:
Разговор Вольника со стражницей пустоши можно перевести примерно так:
— Приветствую, Дэлия! Рад встрече с тобой!
— Приветствую. Что ты делаешь здесь с этими людьми?
— Брожу. Клянусь, мы не причиним зла Виелине. Моё почтение этле Джу!
Вынужденная стоянка получилась не слишком уютной. Боясь нового нападения, толком не раскладывались и огня не разжигали, просто сгрудились у борта возка и принялись жевать заготовленную в дорогу сухомятку. Караваю для восстановления сил Добрыня выделил горсточку овса.
Заметив, что Вольник по-прежнему неподвижно лежит на земле, Тиша подошла к нему, присела рядом на корточки.
— Вольничек, — позвала она, гладя его по руке, — Ты бы поел, что ли? Или, может, тебе водички принести?
Он не отозвался, даже не открыл глаз. Встревожившись, Тиша слегка похлопала его по щеке, прикоснулась к жилке на шее.