Четвертый и последний этаж встретил нас закрытыми створками гигантских дверей, тремя стихийными барьерами, пятью турелями и еще двумя десятками видимых и не очень ловушек по широкому коридору.
Мы же с Федором стояли на последней ступеньке лестничного пролета, где вояка переминался с ноги на ногу, что-то бурча себе под нос.
— Ну не стала бы она нас убивать, да? — наконец заговорил понятно Федор и поднял на меня вопросительный взгляд.
— Кто? Жена твоя? — беззаботно вбросил я вариант.
— Бывшая жена! — в сердцах выпалил Федор, а потом резко закрыл себе рот, но поняв, что уже поздно, тяжело выдохнул и вернул взгляд на коридор, — один шаг туда без доступа, и от нас мокрого места не останется… — сказал вояка, потом посмотрел на меня и добавил, — хотя, скорее от меня.
— Думаешь я дам своему коменданту так легко подохнуть? — спросил я.
— Не помню, чтобы я соглашался на эту должность, — слегка нервно хмыкнул Федор.
— Не помню, чтобы ты отказывался, — улыбнулся я в ответ.
— И то верно, — засмеялся Кэп, и, набрав воздуха в легкие, и смелости в ноги, сделал шаг.
Каменный пол коридора мигнул красным, и я уже приготовился спасать седую жопу от дернувшихся турелей, но красный свет быстро сменился зеленым, и двери в десяти метрах впереди со скрипом начали открываться.
— Вот же карга старая, — выругался Федор, держась за сердце, — чуть инфаркт не хватил.
— Стебёт — значит любит, — улыбнулся я.
— Чегой делает? — недоуменно повернулся Кэп.
— Забей, — отмахнулся я и толкнул вояку вперед.
Коридор с ловушками мы прошли без приключений и то, что я увидел внутри заставило меня на секунду потерять дар речи.
— Это же… — ошарашенно начал я, осматриваясь.
— Крутотень, скажи? — заулыбался во все тридцать два Федор, явно довольный моей реакцией, — добро пожаловать в место, которое выковало не одно поколение истинных миротворцев и научило нас тому, чему ни один хваленый инструктор благородных не сможет!
И спорить со словами Федора было сложно, ведь в гигантском помещении круглой формы располагалось восемь подковообразных величественных установок из блестящего иномирного металла. И в такт витающей в воздухе стихийной энергии, блестели и переливались силой древние руны восьми работающих Реликвий-магнитов, в лапах каждой из которых пульсировал открытый и стабилизированный Портал.
Сияние «магнитов» завораживало.
Верно настроенные руны, идеально выверенное расстояние между друг другом и безупречно работающая система захвата и стабилизации.
Восемь полностью рабочих иномирных Порталов пульсировали своей пеленой, и самый слабый из них был «B»-класса опасности, а значит притянули их сюда аж из желтой зоны, как минимум.
В отличие от криво настроенного «Посейдона», который мне пришлось лично калибровать на захват портальной энергии, эта восьмерка Реликвий-магнитов работала по своему прямому назначению.
И работала уже не одну сотню лет.
Поразительно.
Теперь стало понятнее, откуда камень Великого Источника на первом этаже получает подпитку свежей энергией, а отделы улучшений и разработок новые материалы и ресурсы.
Не удивительно, что Император так рьяно оберегал это место от чужих глаз.
Все помещение выглядело словно выдранный из Великой Башни этаж, из-за чего отпали последние крохи сомнений в том, что Император Борис III был потомком членов Ордена Аргуса.
Однозначно был.
Более того, судя по всему, Боря пытался собрать в этом месте и под одной фамилией всех потомков Ордена, кого смог найти. Собрать и укрыть под одной крышей.
Теперь мне стало куда любопытнее, о каких еще двух проектах покойного Императора я встречал упоминания в архивах.
— Ура! Подкрепление! Наконец-то! — радостной хрипотцой разлетелся голос по помещению, и перед нами из-за рядов аппаратуры выскочил низкорослый старик в массивных очках.
Правда, завидев нас, весь энтузиазм бойкого старичка резко поугас.
— Тьфу ты, — сплюнул старик в белом халате, недовольно сгорбившись, — это всего лишь ты, Федя.
— О, так ты еще не сдох, — приветливо отозвался Федор и хлопнул по плечу старика с густой бородой до самых колен.
— Сдох? Ага сейчас! Только после тебя! — брезгливо смахивая руку Федора, фыркнул старик, — Так чего непутевого предателя сюда привело? Совесть взыграла? Соизволил долг принести?
— Долг? — поползли вверх брови Федора, — вообще-то это ты мне штуку импов должен, хрыч старый!
— Так и знал, что ты из-за бабла вернулся! — осуждающе сплюнул старик и между сладкой парочкой седовласых воцарилось напряженное молчание.
А спустя несколько секунд, молчание резко сменилось оглушительным хохотом с двух сторон, и еще мгновение назад готовые выдрать друг другу последние волосы, старикашки тепло обнялись, озаряя все вокруг своими улыбками.
— Рад тебя видеть, Тихон! — отстранился от объятий разом повеселевший Федор.
— Взаимно, старина, взаимно, — потеребил седую бороду старик и перевел взгляд на меня, — а это что за молодой?
— Маркус, — представился я.
