А на четвертом десятке, один из старейших членов и основателей культа проклятой звезды, Алгор Таинственный Шепот перестал существовать, а в сотканном из проклятой энергии золотом пространстве родился последний необходимый для Великого ритуала последователь Звезды шестого порядка.
Я сощурился от слепящего золотого сияния.
Оно было везде. В земле, воздухе, проплывающих по небосводу облаках, но больше всего золотого сияния было в стелящемся буквально повсюду тумане.
И посреди всего этого добра стояла облаченная в множество золотых металлических украшений женщина. Ее цепкий нечеловеческий взгляд был устремлен на меня, а выступающая из-под глубокого выреза платья ножка стояла каблуком на трупе старого мужчины, который словно ежик был истыкан золотыми стрелами.
— Ох, Маркус! Какой сюрприз! — ласковым голоском пропела женщина и доброжелательно улыбнулась.
— Сюрприз ли? — сделав несколько шагов навстречу, усмехнулся я, и кинул ей в руки золотой амулет, — ты ведь сама меня пригласила, Афина.
— Но ты принял мое приглашение и пришел, — не скрывая радости в голосе, произнесла Афина, — прощу прощения за беспорядок, у меня тут немного не прибрано.
— Ерунда, — отмахнулся я от неубранных следов только-только завершившейся тут битвы, или точнее будет сказать бойни. Судя по внешнему виду Афины, она их убила даже не напрягаясь, а сейчас впитывала в себя такое количество проклятой энергии, что будь она в смертном теле, ее бы давно разорвало на тысячи кусочков, — так зачем позвала?
— Зачем? — хихикнула Афина, — что за вопрос, Маркус? Ты ведь сам искал встречи со мной, разве нет?
— Искал, — кивнул я, — и ты сама понимаешь для чего.
— Понимаю, — вздохнула Афина, — убить меня. Только вот ты опоздал, Маркус. Лет так на семьсот. Я ведь уже давно мертва.
— Вижу, — с легким разочарованием в голосе произнес я.
— Я так плохо выгляжу? — показательно оскорбилась золотая девица и, щелкнув пальцами, спросила, — а так?
Витающий вокруг золотой туман окутал женщину на пару мгновений, а когда отступил, ее черты лица преобразились. Афина стала выглядеть даже моложе и «живее», чем в нашу последнюю встречу в Башне. Но все это было не более чем красивой иллюзией.
— Дело не во внешнем виде, — покачал я головой, — а в том, что внутри. Ну и еще… в запахе.
— Фу! Где твои манеры, Маркус⁈ Ты ведь теперь аристократ! Заявлять девушке в глаза, что она плохо пахнет это грубо!
— Девушке? — поднял я бровь.
— Ну да, а кем ты меня считаешь? — нахмурилась Афина.
— А вот честный ответ на этот вопрос действительно может прозвучать грубо, — предупредил я.
— Фи, а где же солидарность Паладина? — обиженно задрала носик девица, — с Григором ты по-другому разговаривал.
— Ты правда считаешь, что ваши состояния можно сравнивать? — удивился я.
— А знаешь, ты прав, Маркус, — театрально вздохнула Афина, — унаследованная кем попало сила Паладина Земли поколениями вредила человечеству. Сломала сотни тысяч жизней и обратила в камень больше людей, чем старина Григор спас при жизни. Моя же энергия была все эти годы при мне. Вот она, смотри, вся здесь, — улыбнулась девица и пространство вокруг угрожающе завибрировало.
Надо ли говорить, что стихийный ответ Стихии Металла в этом месте равнялся ста процентам?
И ладно бы только Стихии Металла.
Проклятой энергии тут тоже было не меньше, но степень ее концентрации мне оценить было несколько сложнее. Шкалы подходящей не было. Разве что по степени вонючести, которая сейчас просто зашкаливала. Пришлось принудительно отрубить себе обоняние, но увы, даже это не сильно помогало.
Я «чуял» этот мерзкий смрад кожей, и лишь банальная вежливость позволяла мне не кривиться от отвращения.
— Так зачем ты на самом деле меня позвала, Афина? — с налетом сдержанного любопытства в голосе, поинтересовался я.
— Зачем? А просто увидеть старого друга для тебя уже не повод? — кокетливо улыбнулась Афина, но тут заметила мой взгляд и тяжело вздохнула, — ух, какие мы серьезные. Ладно, ладно, не горячись, Маркус. Я просто хотела, чтобы ты увидел это место. Своими глазами увидел то, что стремишься уничтожить.
С этими словами девицы, я оценивающе осмотрелся. Вдохнул воздух полной грудью. Растер на кончиках пальцев витающий вокруг золотистый туман. Бросил взгляд на переливающиеся в его глубине чарующие образы и воплощенные в реальность потаенные желания. Словно податливый пластилин, этот туман был готов воплотить, что угодно, стоило лишь пожелать и впустить его в свое сознание.
— Фальшивка, — вынес я свой вердикт.
— Эх, ты всегда смотрел на вещи слишком буквально, — разочарованно покачала головой Афина.
— А как еще на это можно смотреть? — хмыкнул я, — весь этот мирок создан искусственно. Он фальшивый вдоль и поперек. Отсюда и до горизонта, в нем нет ничего настоящего. Что я еще должен в нем увидеть?
— Будущее, Маркус, будущее, — с назидательными нотками в голосе пропела Афина, — здесь нет страданий. Нет боли. Нет болезней. Нет сожалений. Нет смерти.
— Жизни тут тоже нет, — спокойно дополнил я логический ряд.
