– Ну… Если бы просто выстрелил, ничего, а если бы бой завязался, мне бы пришлось по-новой всю схему выстраивать…
– Во-от!
– Что?! Мне надо было смотреть и ждать?
– Нет, – Инге всерьёз расстроилась, похоже, пора сбавлять обороты. – Надо было просто предупредить. И не меня, а Мака. Я-то тебе верю.
Ну и как на это чудо сердиться, когда она смотрит своими глазищами, а в них слёзы блестят? И ведь правда, она же нас спасла, а мы на неё накинулись на пару. Хотя понятно, оба испугались. Я – за неё, Мак – за нас и брата. И ещё вопрос, как хатоны на её выходку среагируют. В смысле на то, что она тирекса прогнать умудрилась. Я-то уже потихоньку начал привыкать к этим её… талантам. А на непривычного человека – в смысле, существо – непонятно, как это подействует.
Я обнял Инге, прижал к себе, погладил, она всхлипнула и затихла. А тут и флаер прилетел.
Все пятнадцать минут полёта Инге сидела, уткнувшись в деку, а когда мы приземлились в «Лазурном Берегу», встала и подошла к хатонам.
– Л’эрсс’на… Мак’c’таррхх…
Человеку без долгих тренировок говорить на хатоне практически невозможно, у нас всё-таки речевой аппарат не так устроен, но Инге старалась. Похоже, весь полёт извинения зубрила. Мак дал ей договорить, а потом резко и коротко поклонился, взял руки Инге в лапки, подтянул её к себе и прижался лбом к её лбу. Совсем как кошки делают. И стало ясно, что инцидент можно считать исчерпанным.
Правда, он потом ко мне подошёл и тихо и очень серьёзно сказал:
– Твоя л’тээк’саа – сильный шаман. На радость или на беду вам обоим.
И вот что на такое ответить? Я только кивнул и спросил:
– Как ты её назвал?
Мак фыркнул, и вся его серьёзность мгновенно пропала:
– У вас, бесшёрстных, есть глупое слово – «партнёрша». Есть слово получше – «подруга». Есть другие. Вы часто придумываете много слов там, где можно обойтись двумя. «Л’рээк’саа» – эта та или тот, с кем хорошо и весело проводить время.
– А л…тээк?..
– Это те, чьи судьбы сплетены.
А вечером на нас свалились гости. Игрок с Кай и какая-то незнакомая парочка. Светловолосый мужик спортивного вида и симпатичная девица, этакий ухоженный сорванец, блондинка с рыжинкой, фигуристая и с красивой мордашкой. В общем, было на что посмотреть. Если бы рядом Инге и Кай не стояли. Кстати, странно, но в этот раз на Кай меня не потянуло, как при первой встрече. Похоже, всё-таки они могут как-то этим своим… воздействием управлять. Ну, или Инге меня прикрывала как-то.
– Привет, – пробасил Игрок, по своему обыкновению сжимая мне руку так, что кости хрустнули. – Вот, знакомьтесь. Благородный дон Николас Асеро де Андуладе и дам Флоретта.
Ого! Про дона Николаса я слышал. Сооснователь Братства, капитан Циркач… А девица, значит, внучка Адмирала. И что их сюда принесло?
– Можно просто Ник, – а рукопожатие у благородного дона послабее, конечно, чем у Игрока, но не намного. – Представите меня вашей партнёрше?
– Ой, Арк, давай без «дам»! – голос у девицы оказался какой-то не такой. Слишком манерный, что ли? – Вы Тим, да? Арк мне все уши прожужжал о том, как вы прекрасно умеете готовить мясо на углях! Мы привезли всё необходимое, давайте устроим пикник! – и энтузиазм её мне показался каким-то неестественным.
– Конечно, устроим, для того и прилетели. Мы ведь вам не помешали, нет?
– Нет, конечно, – а что? Игрока я всегда рад видеть, Николас на первый взгляд нормальный парень, значит, и эта Флоретта тоже, скорее всего, хорошая девчонка. А что держится неестественно, так может, просто не знает, как в такой компании себя вести. Раз она внучка главы службы безопасности Теллура, то обычно совсем в других кругах вращается. Хотя ту же Киру Шотт с Тираны вспомнить – своя в доску. Но и Тирана – не Теллур… Кстати, я до этого не слышал, чтобы Игрок кого из женщин «дам» называл. Это по нынешним временам старомодно считается. Вроде как «сударыня» на Марсе.
Я повернулся к Инге и обнаружил, что она как-то уж слишком внимательно смотрит на Николаса. Да ещё хмурится при этом напряжённо, как человек, который пытается вспомнить что-то важное. Это ещё что за чудеса? Ладно, разберёмся. Пока надо политес соблюсти.
– Дорогая, знакомься. Один из основателей Братства, дон Николас Асеро де…
– Николас? – перебила меня Инге. – Или
Николас замер. Я первый раз видел, чтобы у человека лицо становилось таким неподвижным. Мне даже захотелось, чтобы ствол под рукой оказался. Так, на всякий случай.
– Мы знакомы? – почти без интонаций спросил Николас. А Инге улыбнулась, и глаза заблестели.
– Да как сказать…
– И… И что это?
Если бы не пеленгатор, они не обнаружили бы эту пещерку, да и с ним оказалось непросто найти вход. Внутрь лезли на четвереньках, через узкий и длинный лаз – хорошо, не шкуродёрку. И сама пещера была маленькая, зато с естественным освещением: сверху, в своде, зияла огромная расщелина. Похоже, именно через неё сюда и поместили…
