– Аугусто, срочно свяжись с брокером. Нам надо ещё пару-тройку наёмников. А лучше – побольше.
– Мясо? Что пообещать?
– Тройную оплату, но они должны быть готовы к прыжку раньше нас.
– Сделаем. Цель?
– Штурмовик, приписка неизвестна, этот придурок не смог его идентифицировать. Но по описанию – максимум два-три несомых.
– Зачем тогда…
– М-да, с цифрами у тебя лучше выходит. Они уже на разгоне. Перехватить их мы не успеем. Но ясно, что там, куда они прыгают, или груз, или – информация о том, где он. И я так думаю, что груз. Прыжок дальний, да и места́… Так себе. Так что пусть эти ребятки подберут, что им надо, а мы…
– Напустим на них крыс. Ясно. А потом, когда они останутся без полей и вооружения, возьмём штурмовик.
– Именно.
– И тогда прощай Дантей, да здравствует цивилизация.
Рубене улыбнулся.
– Старпом! Проверить системы, эскадру к старту.
– Принял, кэп.
– И что дальше?
– Дальше… Если коротко, то я её нашёл, – Ник обнял Хелен и притянул к себе. – Но рассказать, как именно, не могу. Не потому, что это какая-то тайна. Просто мир, в который я попал, и в котором была Лена, очень далёк от нормального человеческого восприятия. Вот как раз там у меня были все шансы свихнуться по-настоящему. Это было что-то настолько зыбкое, неуловимое… Даже не описать толком. Причём я видел его не так, как Лена. Между нами постоянно было что-то. Словно не хватало какой-то мелочи, чтобы мы могли найти и увидеть друг друга. Пространственный сдвиг – или сдвиг восприятия…
– Я чувствовала, что Колька где-то рядом, а ничего поделать не могла. Рвусь к нему, зову – а толку ноль. А потом…
Ну вот, пошла какая-то мистика. Инге слушает с горящими глазами, вперёд подалась, а мне это не то чтобы неинтересно, но далеко от меня. По большому счёту, какая разница – эти ребята из другого мира или с другой планеты? Так что я только прикинул, не может ли получиться так, что я тоже, как Николас сказал, попаданец, и решил, что нет. Я знаю этот мир, и знал его, даже когда потерял память. «Последняя надежда» даёт такой эффект, или, может, случилось ещё что- то. А Том Том… Может быть, его создали Странники, но скорее всего, мы побывали в Туманности. Говорят же, там механизмы оживают. Кто ж его знает! Может, что узнаем, а может, и нет. Да и какая разница то, по сути? Я тут, Инге тут, Том Том опять же, скоро на Марс полетим…
Всё-таки я далёк от вселенских вопросов и большой политики, моё настоящее и наше будущее волнует меня куда больше, чем прошлое. Вон Инге смотрит на ребят как на диво дивное, а мне как-то всё равно, откуда они. Хелен, похоже, уже в подругах у Инге числится, и чего уж там – без неё и её ребят-готов на Тиране мы бы оказались в глубокой заднице. Николас – Циркач, один из лидеров Братства и судя по всему, надёжный друг и товарищ, а остальное – остальное мелочь по большому счёту и совсем уж точно – не главное. Главное, что можно сидеть у огня, смотреть на море, лес, обнимать мою взъерошенную и любопытную Инге и не бояться, что сейчас кто-то выпрыгнет, выплывет или прилетит. Нет, конечно, вероятность того, что какой-нибудь тирекс проломится через защиту и повалит изгородь, причём начнёт с вышек питания защитного экрана, есть, но она стремится к нулю. Хелен из разговора вышла, лежит на песке, головой на коленях у Ника, глаза закрыла, не то дремлет, не то просто наслаждается тем, что друг рядом. Инге и Николас языками зацепились, а я сижу, слушаю, о своём думаю. Понять бы ещё, о чём!.. Но раз голова болеть не начинает, оно и ладно.
Поворошив угли, я снова прислушался к разговору. Инге уже вертела в руках кинжал – видимо тот, о котором говорил Ник. Я глянул через её плечо: хороший кинжал, даже на вид ухватистый. А Инге его Нику вернула и говорит:
– Он же обыкновенный совсем!
– Да. Теперь.
– В смысле – теперь?
– Здесь, в этом мире.
– Объясни.
– Мы из мира Смерти, как его Ленка называла, в другой мир попали. Не в этот. И тоже друг друга потеряли. Потом нашли. Потом сюда попали. И снова потерялись. Я здесь уже почти шесть лет. А Ленка… сколько? Полгода, вроде.
– И сюда тоже с помощью кинжала попали?
– Нет. Тамошние аборигены нас домой отправили. Но не получилось. Вместо дома мы сюда попали. Если это и наш дом, то мы из его прошлого. Но мне кажется, что это другой мир.
– Почему?
– Сложно объяснить. Ощущение. Мы, считая наш родной, в четырёх побывали. И вот этот… Он как-то иначе воспринимается. И ключ перестал ключом быть, – Ник повертел кинжал в руках и вдруг улыбнулся: – Я сначала вообще решил, что эти ребята, Древние, которые нас пытались домой отправить, лопухнулись, и мы в том мире и остались. Выхожу из портала, а тут эльфы бегают. Правда, я очень быстро понял, что к чему. Хотя с теми отморозками… Фло вам, наверное, рассказывала?.. неловко получилось.
– В смысле?
