– Во-первых, данные и дольше хранятся. А во-вторых… Мальчики, вы что, не видите, что это за штуковина? – Яна с интересом рассматривала очертание станции.
– А что в ней не так? Полноценный таможенный терминал, достаточно эффективная станция контроля пространства. Лучше, конечно, две таких, но у них мониторы наблюдения есть, не только боевые.
– Именно, Паш. Там населения в разы меньше, чем у нас. Пара миллионов, не больше, причём учти, это у нас толпа пилотов и кораблей. А у них… это даже не Сахай. У них этот пост работает на десять-пятнадцать процентов. У них данные могут лежать с того дня, как эту махину сюда пригнали.
– Да ясно всё… Просто пытаюсь понять, как и куда.
– Чего тут понимать? Подходим на «драконе», я вас сбрасываю на станцию и жду. Находите оператора слежения, подвешиваете его за я… ну, понятно, берёте коды и вперёд. Потом я вас также подбираю. Если хочешь, можно вообще эту станцию уронить, чтобы не мешала. Но тогда надо на мостик попасть или капитана поспрашивать.
– Нет. Ронять не будем. Мы же не беспредельщики какие.
– Да ну?!..
– Яночка…
– Ну что, будем ваньку валять или всё же говорить?
Димас, ничего не соображая, втянул голову в плечи, призывая уже всех лоа без разбора.
– Я… Я не понимаю, о чем вы!
– Паш, этот придурок на самом деле не понимает, – второй мужик в чёрном комбинезоне с кирпично-красными полосками по рукавам и в штурмовой маске подошёл, взял Димаса одной рукой за куртку и без труда поднял, прижав спиной к стене. – Нам нужны данные по всем приземлившимся кораблям в этом промежутке времени, – он подержал перед глазами Димаса квадратик пластика с написанными цифрами. – У тебя пять минут, чтобы достать инфу, и упаси тебя твои… кому ты там молишься?.. выкинуть какой-либо фортель. Ясно?
– Д… да… синьоре. Сейчас всё сделаю, – взгляд странных голубых глаз из- под маски лучше всяких слов говорил о том, что будет, реши он подать сигнал тревоги.
Пальцы, держащие его за куртку, разжались. Димас упал на четвереньки, встал на подгибающихся ногах, и, поглядывая на чужаков, засеменил к диспетчерскому пульту.
Когда эти двое зашли в отсек, Димас сразу понял – неприятности. Он дёрнулся было нажать на тревожную кнопку, предупредить, вызвать ребят Гримо, но один из жутких чужаков, который вот только что стоял у двери, вдруг оказался у него на пути и отшвырнул Димаса прямо в руки второму незнакомцу. И началось… А ведь говорила мамаша Бонита, старая ведьма, что нельзя забывать лоа! Ведь это точно расплата – и за богохульство, и за то, что в онфоре давно не был…
– Вот, синьоре, всё, что прилетало. Был, правда, ещё какой-то корабль, но он не садился.
– Класс?!
– Истребитель или штурмовик, синьоре.
– Отойди. Коды доступа!
– Но…
– Коды! – второй, вернее первый, которого, судя по всему, звали странным именем Паш, ткнул в бок Димаса короткий, но даже на вид очень неприятный клинок.
– Да, да, синьоре.
Всё бесполезно. Бесполезно звать парней Гримо. Здесь, на станции, они мало что могут сделать. А вызывать службу безопасности… Начнётся следствие, и парни Кармино всё поймут. И лучшее, на что он сможет рассчитывать – это открытые рудники. Если доживёт. А он точно не доживёт, потому что – Димас отчётливо это понял – за спинами этих двоих стоит Господин Барон. Но вдруг, если Димас пообещает быть хорошим, пожертвует много всего на онфор, и купит маме Боните красивую ткань на платье, а Барону и Маман Бригитте – сигары, лоа всё-таки смилостивятся над ним?..
Тем временем пришелец подключил мнемочип к разъёму и стал быстро перебирать руками в воздухе.
– Есть. Это они. Зоны посадки я определил.
– Зон
– Да. Они сначала садились крылом, а потом была одиночная посадка. Паш, нам надо вниз.
– Вниз так вниз, – тот, которого звали Паш, чуть повёл рукой, и Димас почувствовал, что стал проваливаться куда-то в темноту. Так хорошо, спокойно, подальше от этих страшных людей, от Гримо с его отморозками, от этой проклятой работы…
– Всё?
– Да. Проснётся через час, и главное – ничего помнить не будет, – Паша убрал инъектор и усадил оператора таможенной орбитальной станции Новы-17 в кресло. Адлер тем временем подчищал следы. – Коды?
– Да, всё есть, плюс я ещё тут немного поколдовал. Мы теперь невидимки. Как для станций слежения, так и для камер наблюдения. Вернее, они нас увидят, но идентифицируют, как мусор.
– А тут, я так понимаю, на засорение орбиты все плевали с этой самой орбиты… Пошли.
– Третий, вижу. Вышли из зоны полей. Продолжайте полёт, захват через двадцать семь минут.
– Принял. Не торопись, нас, конечно, не видят, но мало ли…
– Сделаю в лучшем виде, командир.
Болтаться в космосе было привычно. Не то чтобы приятно, но привычно. МДЧ – корабль серьёзный, мощный, сильный и любимый каждым пилотом, но рано или поздно приходилось направлять его на таран. Бывало, и пилоты гибли, но случалось это не то чтобы часто, хотя каждый из них был готов к такому исходу. Так что только боевых «зависов» у Паши и Адлера было штук по пять, а таких вот прыжков, как реальных, так и учебных, вообще не счесть.
